Последние новости

"Я ШУЧУ - СЛЕДОВАТЕЛЬНО, Я СУЩЕСТВУЮ!"

"Здравствуй, друг!", "Жить и любить", "Будьте счастливы!" - названия книг Арамаиса СААКЯНА, которые в преломлении его творчества становились не просто духоподъемными лозунгами, но естеством, сутью радостного, оптимистического мировосприятия. Казалось, такой жизнелюбец просто не может уйти из жизни…

И через многие годы, вспоминая об Арамаисе Саакяне, не будут напрягать память. Человек, родившийся в селе Арцвашен Гегаркуникской области, будет вспоминаться как гастролер, приехавший из вечно солнечного Средиземноморья, где нет места хмурым дням. Темперамент бил через край в этом крупном, подвижном человеке с шевелюрой-львиной гривой. Широким, размашистым шагом он входил в Дом прессы, чтобы подняться на двенадцатый этаж, в свою редакцию – редакцию своего любимого детища, некогда культового в народе журнала "Возни". Он излучал энергию, глаза его горели каким-то нетерпением, веселым жизненным аппетитом. Он сыпал своими стихотворными приветствиями, расточал комплименты женщинам, и, хотя цитаты эти все давно знали наизусть, они продолжали рождать улыбки и заряжали оптимизмом на весь день. Рискованные шутки были его коньком, он упивался ими по-ребячески.

Почетное звание главного сатирика страны часто заслоняло перед его широчайшей аудиторией поэта, опубликовавшего свою первую поэму в восемнадцать лет и уже в двадцать два ставшего членом Союза писателей, а в годы его молодости туда принимали не всех. Он заведовал отделом в редакции журнала "Гарун" - едва ли не самой авторитетной нашей литературной периодики, потом был главным редактором Государственного армянского радио. С 1982г. он возглавил редакцию сатирического журнала "Возни" - стал "главным Ежом страны", как он сам себя называл, но столь любимый в народе имидж юмориста не мешал ему продолжать писать лирические стихи. И второй ипостасью Арамаиса Саакяна в глазах поклонников его творчества был образ поэта-песенника, на стихи которого создано более ста популярных и любимых песен. За сорок пять лет творческой жизни он издал более сорока книг – практически выпускал по книге в год. Его сборники, и не раз, выходили не только в Москве, они переведены на более чем 30 языков.

И все же, перефразируя Декарта, он мог сказать о себе: "Я шучу – следовательно, я существую". Человек шутящий был приравнен для него к человеку мыслящему, да и вообще к человеку живущему! И когда известный тезис "Будет одно сплошное телевидение" стал былью, он обзавелся на телепространстве недвижимостью – своим "Домом смеха". Он остался верен себе и своему времени - это был именно дом, а не клуб.

Под крышей этого дома собирались люди искусства и науки, представители интеллигенции и мастера самых разных сфер. Они вспоминали минувшие дни, рассказывали смешные истории, травили анекдоты, объединенные фонтанирующим темпераментом и весельем ведущего – Арамаиса Саакяна. А его влекло удовольствие этого веселого, такого широкоформатного общения. Порой его влекли запретные удовольствия игры - вроде отсебятин и шуток с нажимом. Мы одобряли не все и аплодировали не всему - мы уже были зрителями с хорошим вкусом, а он так и не желал становиться пуристом, так и не соглашался стать поэтом "с хорошими манерами". В шутках его, в его заразительном юморе, легкой общительности и озорстве сохранились – вплоть до самой последней поры – неутраченный вкус к игре и неомраченный вкус к жизни.

Кажется, это было совсем недавно, когда перед открытыми дверями кафе, что на первом этаже Дома прессы, поднялись шум и суета, забегали люди в белых халатах, потом показались санитары с носилками, на которых лежал накрытый простыней человек. Видны были лишь буйная шевелюра с проседью и очки. "Что с Арамаисом!.. Арамаису плохо!.." Народ высыпал на улицу вслед за носилками, которые поглотило чрево машины "скорой помощи". А через минуту дверь снова распахнулась, Арамаис Саакян, широко улыбаясь, элегантно спрыгнул с подножки: "Стоп! Снято. Можно отключать камеры. Это была съемка очередной моей передачи. Шутка!" Ну, конечно, шутка! Разве может всерьез заболеть этот неисправимый оптимист?!

...Теперь он ушел. Ушел – всерьез. Ушел, оставив завещание: "Жить и любить". "Будьте счастливы!"

Основная тема:
Теги:

    ПОСЛЕДНИЕ ОТ АВТОРА

    • НАЦИОНАЛЬНЫЙ ТЕАТР КАК ВЫСОКОЧТИМЫЙ ПОПРОШАЙКА
      2017-12-14 12:00
      7965

      На сцене Национального академического театра им Г. Сундукяна состоялась премьера "Высокочтимых попрошаек" Акопа Пароняна в постановке художественного руководителя театра, народного артиста РА Армена Элбакяна. Перед первым показом рулевой театра объявил, что эта постановка - очередная в серии и что концептуальная программа сценического воплощения отечественной классики будет продолжена. Бедная национальная классика, бедный театр!

    • "ВО ВРЕМЕНА НЕЗАВИСИМОСТИ ТАКИХ ДНЕЙ ПРОСТО НЕ БЫЛО!"
      2017-12-13 15:13
      7167

      Итоги Дней культуры Армении в России В конференц-зале Министерства культуры РА собрались на днях все, кто вложил свою лепту в прошедшие в середине ноября Дни культуры Армении в России. Министр собрал народ, чтобы выразить благодарность – свою от души, Минкульта - приказом о вынесении благодарностей. Мероприятие было не для галочки, ибо Армен Амирян уверен: смотр отечественной культуры на русской земле прошел не просто блестяще. Таких Дней культуры со времен независимости просто не было. 

    • ОРАТОРИЯ В КАМНЕ
      2017-12-12 12:28
      7493

      Двух одинаковых хачкаров не бывает. Двух похожих мастеров хачкара – тоже Ровно семь лет назад, в ноябре 2010 года, хачкар был внесен в репрезентативный список ЮНЕСКО по нематериальному культурному наследию человечества. "Хач" – это крест, "кар" - камень. Но для армянина хачкар не просто крест-камень. Хачкар – это молитва на языке камня, это каменная служба армян, знак преображения безжизненной субстанции в духовное начало. Знак самости народа, первым принявшего христианство как государственную религию. Искусство создания хачкаров, истоки которого крепко вросли в толщу веков, развивается и сегодня. Зодчие из Ванадзора, народный мастер Сергей ДАНИЕЛЯН и художник и скульптор Богдан ОГАНЕСЯН, продолжают традиции древних мастеров и пишут новую историю этого искусства в камне. 

    • СЛОВО КАК ЭМОЦИЯ
      2017-11-29 16:23
      4139

      "Страсти по Шекспиру" на студенческой сцене На сцене студенческого театра Государственного института театра и кино состоялся очередной показ спектакля "Страсти по Шекспиру". Спектакля, который родился из разрозненных этюдов к экзамену студентов народного артиста РА Грачья ГАСПАРЯНА и переродился в единый организм, о котором заговорила театральная публика.






    ПОСЛЕДНЕЕ ПО ТЕМЕ

    • ТАКОЕ РАЗНОЛИКОЕ СЛОВО
      2017-12-01 15:53
      2073

      Я долго избегала сцены, то есть устных выступлений. Пожалуй, слишком долго. В советские годы я еще как бы не добирала солидности. Потом грянула перестройка с ее круглосуточной болтовней. И пришла литература Серебряного века. Я жадно читала. Потом началось Карабахское движение, а с развалом СССР и блокада Армении. Тут уж все сидели по своим холодным углам. 

    • "У МАНОН БЫЛА НЕПОВТОРИМАЯ АУРА…"
      2017-09-15 15:21
      2343

      …Полночный звонок обычно очень корректного друга не предвещал ничего хорошего: выдавленные из себя слова "умерла мама" как будто ударили током, ведь всего неделю назад я беседовал по телефону с ней – Манон Ашотовной Диланян-Меликсетян, уважаемым деятелем культуры, кино, директором Армянского дома работников искусства (АДРИ) в самые непростые годы в темном и холодном Ереване...

    • ПОКА Я ПОМНЮ, Я ЖИВУ
      2017-06-02 16:28
      1972

      Юрий Магакян о друзьях, знакомых и о себе Ушедший полтора года назад из жизни академик РАЕН, доктор биологических наук Юрий Арутюнович Магакян (1929-2015) многое сделал не только в биологии, но и в области электроники и прикладной математики. Юрий Арутюнович был человеком разных интересов: музыка, филателия, радиолюбительство. Он хорошо знал старый Ереван, тот Ереван, о котором сегодняшнему поколению мало что известно. В мемуарах, предлагаемых читателю, описываются столица и ее обитатели советских времен.

    • МОЩЬ СЛОВА И НЕИСТОВАЯ КИСТЬ
      2017-05-31 15:59
      7501

      Лучшее из того, что я слышала и читала о Мартиросе Сарьяне (не считая, конечно, работы Волошина), - это устные рассказы Владимира Рогова и мемуарная проза Андрея Белого. Когда я слушала поэта, переводчика и живописца Владимира Рогова, я сетовала, что со мной нет магнитофона. Когда я читала ритмизованную прозу Андрея Белого, я сожалела, что книга эта не стоит на моей полке (теперь стоит). Ничего лучше тех устных вдохновенных рассказов и тех углубленно-сосредоточенных строк я не знаю во всей ныне уже обширной литературе о Мартиросе Сарьяне.