Последние новости

"ДЕЛЮСЬ С ЧИТАТЕЛЕМ СВОИМ "НЕ ЗНАЮ"

Гургену ХАНДЖЯНУ, одному из самых видных писателей современных армянских писателей, автору "Больницы", "Теней улицы марионеток", "Глаза Енока", десятков пьес, многие из которых с успехом идут на театральных сценах, лауреату Государственной и множества других литературных премий - 65. Но "давно я не лежал в Колонном зале" - явно не про Ханджяна. Впрочем, судите сами.

- 65 лет – это много или мало для писателя?

- Это правильная коррекция - "для писателя". На подступах к этой дате я как раз задумался: что-то еще надо сделать, что-то пересмотреть, и в общем-то понял, что времени осталось не слишком много. Так что, наверное, для писателя 65 – это все-таки мало. Конечно, если сознание не начало костенеть, если все нормально, идешь, как шел, еще нужно время.

- Флобер говорил: "Госпожа Бовари – это я!" А кто из твоих героев – Гурген Ханджян?

- Все! Мыши, крысы, кошки, собаки, женщины, мужчины – все они выходят из меня и, в любом случае, что-то мое забирают с собой. Во фразу, на лист бумаги.

- И все они живут в гармонии или как-то друг с другом борются?

- Конечно, борются. Поле боя – оно всегда внутри.

Гурген ХАНДЖЯН

- Если проследить во времени, в твоей литературе убавилось пессимизма и надлома. Это что-то произошло внутри тебя или мир снаружи изменился?

- Однозначно, во мне. Конечно, какое-то основное жизненное кредо остается неизменным – я есть я. Но… Вот ты пишешь, а потом выясняется, что литература пишет тебя. И иногда смотришь и понимаешь, что вроде сделал больше, чем мог. Это очень интересный процесс. Вообще, мне кажется, что произведение искусства всегда больше своего автора. Наверное, в этом все-таки есть какая-то мистика. Когда пишешь по крайней мере в тех местах, где "попадаешь", у тебя словно появляется соавтор, какая-то третья сила, не знаю добрая или злая… Для меня эти категории не сильно размежеваны. Если работа удалась, ее планка выше тебя, хочется самого себя догнать. Что-то для себя открываешь, переосмысливаешь. И тогда пессимизм становится бессмысленным. Каким бы пессимистом по натуре ты не был, становится ясно: такова жизнь, там-то она закончится, есть ли что-то дальше, это на усмотрение каждого, это пятьдесят на пятьдесят… Близкие уходят, как бы ты ни старался их удержать. Цепляешься, кричишь: "Останься, останься!" Но все равно есть предел. Иногда становится смешно – насколько все бессмысленно. И в то же время думаешь, что настолько бессмысленным оно быть не может, наверное, где-то, может очень далеко, но смысл все-таки есть… Никогда не хотел обманывать читателя. По крайней мере эта ответственность во мне сидит: не говорить вещей, которые и мне самому не очевидны. Не знаю… Вот этим "Не знаю…" я делюсь с читателем. Так, шаг за шагом меняюсь я, наверное, меняется и то, что я пишу.

- Литературное творчество – это монолог или диалог?

- В основном внутренняя потребность, но какие-то люди все-таки встают передо мной. Но нельзя придавать читателю такое значение. Иначе сам себя потеряешь. Если, конечно, ты занимаешься литературой ради литературы, а не для каких-то иных, коммерческих целей в этом мире, который встал на колени перед деньгами. Может быть, то, что сегодня не каждый испытывает надобность в литературе, полезно для самой литературы? И уже на компромиссы идти не нужно. Во имя чего? Во имя денег? Их нет.

Гурген ХАНДЖЯН

- Это очевидно. А как насчет веры в то, что литература что-то меняет в жизни?

- Модернисты верили. Потом пришли постмодернисты и сказали: "Ну что, съели, ничего не изменилось!" Я с ними не согласен. Потому что все-таки что-то меняется, меняется наверняка, и кто сказал, что искусство и литература к этому не сопричастны? Они меняют что-то в отдельных людях, формируют чей-то мир, чью-то любовь и веру.

- Вот так слушаешь и кажется, что тебя мало волнует, читают тебя или нет.

- Конечно, волнует. В конце концов, литература создается для того, чтобы ее читали. Пишешь для себя, но если ты публикуешься, а не прячешь написанное в стол, значит, тебя это волнует. Но, совершенно честно, чтобы каждый имел доступ к тому, что я пишу, мне тоже не хочется. Это все-таки не попса. Когда тот, кто любит попсу, захватывает руками то, что ты написал, он обязательно портит. Простите – пачкает. Если литература от этого возвышается – иной вопрос, но в основном ведь хотят низвести. До своего уровня. И та литература, музыка, театр, которые все время делают жесты в сторону "широкой публики" и "элитной массы", опускаются все ниже и ниже.

- В романе "Больница" был элемент эпатажа, а это категория уж точно не "для себя".

- Это было очень искреннее высказывание. Начал писать, когда Союз еще не развалился. Тогда я еще написал пьесу "Лабиринт", которая была как бы по мотивам "Больницы" - тоже такое отражение коммунистической системы. На волне горбачевской перестройки ее даже поставил телетеатр. Словом, начал писать, дошел до середины и Союз рухнул. Вторая половина писалась в начале 90-х, когда уже не было нужды в аллегориях. Словом, получилось "по горячим следам". В 94-м роман вышел. Эпатаж… Да, что-то такое было – все достало, хотелось что-то взорвать. Уже шли митинги, рухнула империя, потом война, потом мы уперлись в еще более страшную стену и уже стали думать, а нужно ли все это было. Все это есть в "Больнице".

- А нужно ли все это было? Часто посещает такой вопрос?

- Худо-бедно, но я благодарен той стране, хотя бы за то, что мы обрели собственную страну. Не думаю, что Первая республика продержалась бы в окружении таких соседей, как наши. Через Союз мы сохранили себя, обрели независимость, а потом и Карабах. Главное, чтобы теперь все делалось правильно, чтобы наши власти предержащие умерили свои аппетиты. Понятно, многие считают, что, если в Карабахской войне они победили, им принадлежит самый большой кусок пирога. Но нельзя же так…

Гурген ХАНДЖЯН

- Драматургия – это любимый жанр или возможность выйти к широкой аудитории?

-Театр сидит во мне очень глубоко. До девятого класса я жил в Тбилиси, был очень связан с армянским театром, в котором работал мой дядя. На гастроли приезжали Хорен Абрамян, Фрунзик Мкртчян, Метаксия Симонян, я даже Папазяна видел. Наверное, это сыграло свою роль. С другой стороны, я хорошо знаю того тщеславного человека, который во мне сидит и от которого очень хочешь, но никак не можешь избавиться. Театр, действительно, легко решает этот вопрос. Вышел на поклон, сорвал аплодисменты и говоришь ему: "Ну что, доволен? А теперь отстань". И уже с легкостью обращаешься к прозе, которую я считаю своим главным занятием.

- Пьеса "Артавазд-Шидар", недавно увидевшая свет рампы, получила Гран-при конкурса "Левон Шант" и много обвинений в "беспросветности"…

- Какой такой просвет ты видишь в "Ричарде III"? Вообще-то импульс к "Артавазду" - зависть, почему у греков - трагедии, у англичан – Шекспир, не буду продолжать… Мне хотелось сделать что-нибудь мощное, полное театральности, как "Макбет". Искал материал - миф об Артавазде–шидаре достаточно известен. Потом попалась блестящая работа Генриха Иоаннесяна о мифологеме прикованного, ну и как бы все совпало. Когда пишешь о современниках – это слишком близко, а большое, как известно, видится на расстоянии. "Исторический материал" позволяет достигнуть мощной фактуры. Если герой прошел сквозь время, он же нарастил большую мускулатуру, вобрал в себя разные времена. В том числе и наше. Просвет почему-то постоянно ищут в образе, вместо того, чтобы искать его в себе. Сумел Артавазд прийти к самоочищению или нет – не суть важно, хотя финал пьесы - это его самоубийство. Но, если в тебе есть такие же пороки, постарайся сам от них очиститься. Автор, указующий на просвет, – это неправильно! Ну поаплодировали и разошлись по домам. Лучше пусть зритель остается в пограничной зоне и начнет думать сам. Почему я должен указывать ему путь, я что, Ленин?

- А как же тезис об искусстве, которое не позволяет сойти с ума от жизни?

- Я вообще этого не понимаю. Вот Джойс, Кафка, Беккет – позитив они сеяли? Какие позитивные импульсы в симфониях Малера? Вообще, кто сказал, что искусство – это наслаждение? Искусство – это труд, это мучение. Ты должен мучиться над произведением так же, как автор в процессе создания, чтобы понять его. Я не против комедий, коммерческих спектаклей – я "за"! Конечно, они очень нужны, кому-то они дают расслабиться, выводят из стресса. Но существуют же и другие люди, которые хотят думать, понимать.

- Прочитав твой последний роман "Глаз Енока", многие подумали, что ты записался в ниспровергатели основ.

- Нет, я достаточно консервативный человек. Не испытываю симпатий к глобализации и нивелированию. В "Еноке" два персонажа–антипода. Один может и хочет все порушить, этому тоже есть объяснение: он эмигрант, у него много претензий к жизни, а другой живет на своей земле. Опять же оставляю выбор за читателем, не хочу, как Самвел, хвататься за меч и кричать: "Этот предатель, тот предатель, руби им головы! "Это не моя миссия. Я даю материал, а каждый пусть определяет, на чьей он стороне.

Гурген ХАНДЖЯН

- Есть мнение, что классический роман как жанр с вменяемым сюжетом умирает.

- Мне кажется, ничего не умирает – все, что делалось в литературе. Графоманов развелось очень много, особенно благодаря Интернету, в котором они находят свое место под солнцем. Это огромный поток, причем людей скандальных, "борющихся". Чем ниже уровень, тем выше бойцовские качества. Вот это действительно проблема. У литературы много врагов, не знаю, может, стоит врагов поставить в кавычки. Потому, что слово - универсальный вроде бы инструмент, им владеет каждый. Рисовать дано не всем, а писать вроде все умеют. И пишут. У кого-то получается, у кого-то не очень. И начинаются претензии, а потом и озлобление, и эти разговоры – тот умер, этот умер, вообще литература почила в бозе. Когда-то и я поддавался этим течениям... А вот нашей газете "Гретерт" уже десять лет. В ней печатаются те, кому нет тридцати, и за этот небольшой срок она сменила уже третье поколение авторов. Каждый раз думаешь – все, больше никто не придет. Вдруг дверь открывается, и какой-нибудь совсем юноша оказывается на пороге. С рукописью. И это процесс бесконечный.

- Писатель – инженер душ. Этот некогда железный постулат сегодня работает?

- В своей книге писатель, естественно, что-то формирует. Надеяться, что будет формировать вне книги – слишком большая претензия. Хотя факт налицо – Толстому и Достоевскому это удавалось. Я далек от поползновений брать на себя функции бога. Конечно, кто не без греха – хочется, чтобы под властью твоего слова оказались люди, чтобы они думали, как ты, шли за тобой. Но это несколько опасные амбиции. Потому что, с другой стороны, с таких зерен истины иногда начинаются войны и льется кровь. Может, звучит выспренно, но это действительно так. Ведь и сегодня в мире идет война книг – между Кораном и Библией, иными книгами. Постоянная война книг, через которые людей стремятся не обратить в свою веру, а привести под свою власть. И сколько крови пролили, страшно представить.

- А может дело просто во времени, в том, что материя не просто первична, а абсолютно приоритетна, ее апологеты – агрессивны, а художник не сопротивляется?

- Конечно, сегодня писатель уже не тот герой, каким он был, скажем, в начале прошлого века – Джойс, Камю, Хемингуэй. Сегодня портрет писателя в доме на стенку не вешают, и это не зависит от качества литературы. Производитель материальных ценностей постоянно навязывает людям свою систему ценностей. И это ему удается. Ему нужен такой "квадратный" человек, счастливый тем, что ему дадут. Ему говорят: "Ты свободен!". И хотя это не так, он слышит и радуется. Таких людей становится все больше – "счастливых и свободных". Но наша планета - не то место, где выгодно быть идиотом, где можно долго быть счастливым. Очередной катаклизм – и приходится просыпаться. Я был бы счастлив знать, что они будут вечно счастливы, а литература, черт с ней, пускай катится в тартарары. Весь вопрос в том, что это, увы, невозможно. Это не та планета, где можно постоянно сидеть в наушниках, вперившись в экран гаджета, и радоваться собственному зомбизму. Люди разучились смотреть друг другу в глаза, а ведь самое интересное в жизни – это взгляд другого человека. Но я все равно верю, что время искусства еще придет.

Основная тема:
Теги:

    ПОСЛЕДНИЕ ОТ АВТОРА

    • "ДОБРЫЙ ДУХ" АБОВЯНСКОГО ФЕСТИВАЛЯ
      2017-10-17 14:18
      2477

      Афиша оповещала - "Мэрия Абовяна и Союз театральных деятелей представляют ежегодный театральный фестиваль". По большому счету – это еще не традиция, это попытка заложить традицию. Но есть все основания предполагать, что проект будет развиваться и послужит развитию театральной культуры города.

    • FASHION-ШОУ КАК ПРОВОЗВЕСТНИК FASHION-ИНДУСТРИИ
      2017-10-11 17:16
      2047

      В Ереване завершилась Неделя моды Golden Lace Только человек, действительно живущий в удовольствие, сможет позволить себе отпустить все предрассудки и комплексы и порадовать себя изысканными и восхитительными нарядами. А значит, наличие в стране Недели моды - суть оптимистический взгляд в будущее.

    • ТРИ ВОЗРАСТА ЛЮБВИ
      2017-10-09 15:31
      2097

      "Любовный квадрат" - армянская драматургия на русской сцене В рамках Ереванского международного театрального фестиваля HighFest состоялась премьера спектакля "Любовный квадрат", поставленного заслуженным деятелем искусств РА Акопом Казанчяном по пьесе нашего самого востребованного драматурга Карине Ходикян на сцене Ульяновского драматического театра им. И.А. Гончарова. И это тот случай, когда премьера на международном фестивале не пиар-ход, а подтверждение творческого сотрудничества и просто дружбы, которая уже успела пустить корни и продолжает развиваться.

    • ОТ "СТОЛИЦЫ КНИГИ" К МУЗЕЮ КНИГОПЕЧАТАНИЯ
      2017-10-04 15:10
      4386

      В Ереване открылся еще один музей "Я, Аргишти, сын Менуа, эту мощную крепость построил, установил для нее имя - Эребуни"... От изображения знаменитой клинописи, почти три тысячелетия назад возвестившей о рождении Еревана - к священным письменам Маштоца, от "Урбатагирка" Акопа Мегапарта - к миллионам и миллионам книг, печатных изданий, вышедших по всему миру на армянском языке... В Ереване, по адресу: ул. Теряна, 72, на территории и в структуре Национальной библиотеки Армении открылся новый музей - Музей книгопечатания.






    ПОСЛЕДНЕЕ ПО ТЕМЕ

    • Президент Армении и архиепископ Левон Зекиян отметили важность мероприятий к 300-летию Конгрегации мхитаристов
      2017-10-23 16:20
      123

      Президент Армении Серж Саргсян сегодня, 23 октября, принял патриаршего делегата Конгрегации мхитаристов в Венеции, предводителя епархии Армянской Католической церкви Турции, архиепископа Левона Зекияна, передает Panorama.am.

    • ЭХОКАРДИОГРАММА
      2017-10-20 16:08
      979

      Минувшей суровой зимой у меня проснулась щитовидная железа. То-то я всю жизнь недоумевала, когда же скажется моя излишняя впечатлительность. Сказалась. Эндокринолог послал меня в медицинский центр сделать УЗИ щитовидки, эхокардиограмму и взять кровь из вены, чтобы проверить целый ряд каких-то таинственных параметров, в том числе и состояние моих гормонов.

    • Букеровская премия за роман о Линкольне
      2017-10-18 16:40
      1251

      Американский писатель Джордж Сондерс получил Букеровскую премию за дебютный экспериментальный роман "Линкольн в Бардо", сообщает Новости-Армения со ссылкой на Би-би-си.

    • ИСКУССТВО НАЙДЕННЫХ ПРЕДМЕТОВ
      2017-10-18 15:19
      1448

      29 октября в iArt Gallery в Тбилиси открывается уникальная выставка работ тбилисского художника Вигена ВАРТАНОВА "Искусство найденных предметов", на которой будут представлены около 60 коллажей и ассамбляжей, выполненных автором в разные периоды творчества.