Последние новости

ПУТЕШЕСТВИЯ ДУШИ

"Ереван во сне и наяву. Между двумя веками" - так назвал свою книгу, вышедшую на русском языке в издательстве "Гаспринт" в минувшем году, доктор филологических наук, известный литературовед и публицист Авик ИСААКЯН.

Большую часть ее составляют воспоминания и эссе автора о Ереване на грани двух веков. Книга вобрала в себя и золотую юность столичного подростка, увлекающегося фильмами, книгами, музыкой, и горькие познания зрелого человека, наделенного даром наблюдения, который позволяет ему в сумятице общественных явлений, человеческих образов и бытовых событий выделить главное, характерное и донести до читателей через точную фразу и запоминающуюся художественную деталь.

ВОЗМОЖНО, НЕ ВСЕ ВОСПОМИНАНИЯ, ЭССЕ РАВНОЦЕННЫ В ХУДОЖЕСТВЕННОМ ОТНОШЕНИИ, но в большинстве из них автор проявляет себя мастером тонкого психологического рисунка. В книге собраны также статьи, литературные исследования разных лет, беседы, охватывающие целый ряд исторических и современных тем литературной и общественной жизни, отражающих широкий круг авторских интересов. Но при всем многообразии жанров существует прочная связь, благодаря которой разнообразный на первый взгляд материал, образует цельную книгу, отличающуюся глубиной и живостью изложения и яркими человеческими характерами.

Книга охватывает хронологически небольшой период (1950 - 1990гг.), но фактически рисует широкую панораму общественной художественной жизни Еревана, уклада и быта людей, их интересов тех лет. Воспоминания Авика Исаакяна - это книга, полная любви и той сердечности, которая всегда отличала нашу мемуарную литературу.

Любовь к Армении - черта характера автора, и понимается она им не как некий долг, а как право человека на единственную родину при всей его открытости целому миру, всем людям и странам. В осмыслении нашего прошлого и современной социальной действительности он не ограничивается ироническим негативом. Он - носитель непритворного, глубоко сознательного пафоса, скрытой теплоты, патриотизма. Осмысливая прошедшие годы, Авик Вигенович ощущает в себе связь с традициями, с культурными корнями прошлого и остро переживает драматическую ситуацию нового времени. Путешествия души в прошлое будут часто встречаться на протяжении всей книги, они становятся свидетельством ушедшего века, которого больше не будет.

Пафос сохранения культуры и культурной памяти, проявленный к минувшему веку, обусловлен тем, что Авик Исаакян находит спасение в культуре, проецирует себя в прошлое, в его культурное пространство. Культура прошлого - это своего рода потерянный рай или утраченная родина, память о которой необходимо сохранить. Прекрасно сознавая, насколько изуродована была жизнь многих выдающихся людей в эпоху репрессий, он стремится восстановить забытые имена, сберечь и защитить ценности человеческой личности, взращенные культурой прошлых лет.

 Летнее кафе гостиницы 'Интурист'. За столиком Фрунзе Мкртчян, Ерванд Кочар, Ованес Авагян, Виген ИсаакянЖИВАЯ И ТРЕПЕТНАЯ ПАМЯТЬ МОЖЕТ БЫТЬ МОГУЧЕЙ ВОССОЗДАЮЩЕЙ СИЛОЙ. И воспоминания Авика Исаакяна убеждают в этом со всей очевидностью. Они обладают несомненными художественными достоинствами. И это делает их в высшей степени достоверными в качестве важного исторического показания.

С особым интересов читаются рассказы "Нарды", "Триумф", "Наши ахпары", "Кино "Наири". Автор весьма зримо воспроизводит течение обычной жизни полувековой давности, подробности повседневного человеческого существования, каждодневные дела и занятия своих героев, их привычки, особенности характера. Он до тонкости помнит их быт, устремления, круг интересов. Парикмахеры, портные, ремесленники, мужчины и женщины, люди разного общественного положения являются натурой для его описаний. Из этих воспоминаний возникает живая, колоритная, полнокровная картина ереванской жизни относительно недавнего прошлого. Например, эссе "Наши ахпары" написано настолько интересно, что не может не вызвать живого волнения.

"Вообще наши ахпары отличались своей индивидуальностью. Они не растворялись, как сахар в стакане чая: кортеж ремесленников, репатриантов, чистильщиков обуви - их называли "лакировщиками". Самым заметным из них был варпет Киракос, который очень долгие годы имел постоянное место слева от входа в гостиницу "Интурист". На низеньком стульчике сидел сам Киракос, а напротив, на стоящем на возвышении стуле, напоминающем оставшийся от театральной постановки трон, - клиент. Киракос сам изготавливал большую часть красок, имел щетки всех форм и размеров, одним словом - отборное хозяйство, принимаясь за дело, никогда не халтурил, делал свою работу "на отлично", и самая потрепанная обувь через 10 минут выглядела так, словно ее только что купили в магазине "Андре" в Милане. Чью только обувь не чистил Киракос, скольким людям поднял настроение и своим безупречным мастерством внушал уважение к этой, казалось бы, самой низовой работе.

Уместно ли заметить, что горбачевская перестройка смела и унесла, наряду с другими, и этих замечательных мастеров-ахпаров. Они были частью оригинального лица города...

Опустели кварталы наших "ахпаров". Сегодня редко кого из репатриантов встретишь в Арабкире, Киликии, Зейтуне, ну, чуть больше - в Ареше. Моя цель не в том, чтобы разобраться, почему они уехали, но мое сердце болит, что их нет в сегодняшнем Ереване. Их отсутствие очень заметно, они будто изначально были горожанами и придавали городу особый колорит, стиль, цвет, шик. Я вспоминаю их с тоской и никак не могу смириться с мыслью, почему и как состоялся "Исход из Египта" в обратном направлении".

 Варпет на крыльце своего дома за 3 дня до кончины, 14 октября 1957 г.ВСЕ, О ЧЕМ ПИШЕТ А.ИСААКЯН, ПРИНАДЛЕЖИТ ЕГО ЛИЧНОМУ ОПЫТУ. И в том, что он не перешагивает его, а искренне и непредвзято повествует о происходившем, о том, что видел и чем жил - особая привлекательность и ценность его книги. Предвижу, что ее автора будут упрекать в идеализации прошлого и в чрезмерно доброжелательном отношении к отдельным людям. Подобные обвинения сейчас обычны. Но дело в том, что когда человеку перевалит за большую часть его жизни, то годы юности всегда представляются ему какими-то необыкновенно хорошими, независимо от того, были они счастливыми или нет.

А волею судьбы юность Авика была достаточно яркой, насыщенной событиями, интересной. Тогда еще жив был его дед - великий поэт Аветик Исаакян, которого окружали все выдающиеся деятели армянской культуры - архитекторы, художники, писатели, люди активные и деятельные, воображением и руками которых складывалась художественная жизнь страны. Исаакяна окружали также простые, казалось бы, не очень заметные люди, но по-своему украшавшие наш город, создававшие его неповторимый облик. Атмосфера дома его детства - живое воплощение духа искусства. Круг великого деда и отца - Вигена Аветиковича способствовал формированию интересов самого Авика, его пристрастий. Люди разных интересов, пристрастий, взглядов, идей... Мартирос Сарьян, Дереник Демирчян, Кочар, Гарегин Севунц, первый секретарь ЦК КП Армении Г.А. Арутюнов, Хачик Даштенц, Паруйр Севак, Грачья Ованнисян, Жирайр Инчеян, Ара Саркисян, Амазасп Асатурович Амбарцумян, кинематографисты, ремесленники, люди самых разных сословий и рангов...

Их существование на страницах воспоминаний не случайно. Армянское общество всегда держалось на подобных людях, от которых зависело его духовное процветание. Они оставили свой след, свою мету в жизни нашей страны. Судьбы искусства, театра, кино, живописи, архитектуры и повседневной жизни простых людей тесно переплелись в ту пору. Разногласия, а то и принципиальная вражда зачастую не препятствовали встречам, совместному времяпрепровождению, взаимным человеческим симпатиям. Твердость позиции испытывалась на страницах литературных изданий, но далеко не всегда в повседневной обстановке. Об этом в своей книге с непредвзятостью очевидца и талантом наблюдателя рассказывает Авик. Дружеские чувства возводились тогда в ранг самых таинственных и сильных. Герои этой книги были верны традициям дружбы, как самому высокому и бескорыстному из проявлений человеческого естества.

И еще. Что касается идеализации отдельных личностей, то Авик Исаакян всегда предпочитал и предпочитает думать о людях лучше, чем, может быть, они есть на самом деле. Возможно, это не всегда хорошо, но он таким родился.

Основная тема:
Теги:
  • К.С. 09-Фев-2016
    "И еще. Что касается идеализации отдельных личностей, то Авик Исаакян всегда предпочитал и предпочитает думать о людях лучше, чем, может быть, они есть на самом деле. Возможно, это не всегда хорошо, но он таким родился". Было бы значительно логичнее , если бы откровения о путешествующей душе идеализирующего отдельных личностей внука классика появились в газете "Новое время" или "Азг", где публикациями фрагментов будущей книги анонсировалось ее издание. http://golosarmenii.am/article/21624/pesn-ob-inakomyslyashhem-avetike
    Ответить

ПОСЛЕДНИЕ ОТ АВТОРА

  • СЕЗОН ОТКРЫЛСЯ КОНЦЕРТОМ-ПРАЗДНИКОМ
    2018-09-24 16:21
    212

    В музыкальном смысле осень всегда долгожданна: начинается очередной концертный сезон. И всегда надеешься на лучшее - новые имена, интересные программы. Вот и недавно с яркой, неординарной программой выступил в Доме камерной музыки Государственный камерный оркестр Армении (художественный руководитель и главный дирижер Ваан Мартиросян).

  • МУЗЫКАЛЬНАЯ ПАЛИТРА ОСЕНИ
    2018-09-12 16:44
    3455

    В Ереване стартовал XII Международный фестиваль классической музыки Это прекрасный подарок слушателям в начале нового сезона. Как всегда, разнообразная программа, избранные солисты, приглашенные украсить фестивальные концерты. Такие насыщенные марафоны и яркие артистические имена нам необходимы: это одна из эффективных форм концертной жизни, привлекательная и для публики, и для государства, частично финансирующего и тем самым осуществляющего свои функции по культуре. Выгодными они оказались и для спонсоров. Собирая музыкантов из разных стран, в числе которых и проживающие там наши соотечественники, фестивали способствуют новым контактам и впечатлениям, открывают новые имена, поднимают уровень музыкальной культуры.

  • ДВЕ ОПЕРЫ НА ФИЛАРМОНИЧЕСКОЙ СЦЕНЕ
    2018-09-05 16:03
    4377

    В этот вечер, за две недели до открытия концертного сезона, Большой зал филармонии напоминал в буквальном смысле бастион. Афиша предвещала встречу с двумя операми итальянских классиков:  Леонкавалло и Пуччини. И публика, уставшая от бесконечных политических шоу, устремилась в филармонию, несмотря на летнюю жару, демонстрируя неутолимую потребность в изысканности, красоте, одухотворенности, которыми она так обеднена в своей будничной жизни.

  • ИСПОВЕДЬ АСМИК ПАПЯН
    2018-09-03 17:38
    3388

    Выдающаяся певица дала сольный концерт в родном Ереване Дом камерной музыки давно не видел такого наплыва публики. Предстоял сольный концерт любимой певицы - Асмик Папян, встреча с которой всегда выливается в праздник искусства. В афишах давно не пишут "народная артистка"... и прочее - слушателей привлекают не звания и награды, а подлинный талант этой исключительной во всем певицы. Во временном свитке истории армянского вокального искусства, на фоне светящегося ряда фамилий - лишь несколько имен сияют в своей исключительной отдельности. И Асмик Папян - среди них. Она сделала большую карьеру благодаря своему таланту и преданности высокому искусству. Пела почти во всех крупных театрах мира, на оперных сценах всех континентов, где ее встречал восторженный прием.






ПОСЛЕДНЕЕ ПО ТЕМЕ

  • 17 ПОЭТОВ И АЙРЕНЫ
    2018-09-14 15:00
    2155

    Кем был Саят-Нова? Полиглотом? Моралистом? Ткачом? Изобретателем компактного ткацкого станка с подвижной осью? Певцом с волшебным от природы тенором? Монахом-схимником? Что может успеть человек (речь идет о Петросе Дуряне) за двадцать лет между рождением и смертью, за совсем вроде бы короткий век? Какие три интереснейших момента содержатся в биографии Аветика Исаакяна? Что общего между судьбами Паруйра Севака и Минаса Аветисяна?

  • ЧЕРНЫЙ АВГУСТ 1941-го
    2018-08-24 15:37
    2162

    Недавно мне довелось познакомиться с интересным человеком - Виктором Генриховичем ВУХРЕРОМ. Он - химик-техонолог, кандидат технических наук, академик Армянской технической академии. Работал в химической отрасли, в МО РА (подполковник), изобретатель, председатель культурной общественной организации немцев "Тевтония". Я сознательно опускаю иные подробности биографии немца, шваба, прожившего почти всю жизнь на армянской земле. Почему почти? Вот, пожалуй, с этого и начнем углубляться в родословную Вухреров, которую Виктор Генрихович (он к тому же еще и пишет) представляет в своих книгах - две свои, а две в соавторстве с Наталией Алгульян.

  • ВСЕ СРОКИ ВЫШЛИ
    2018-08-22 15:43
    3134

    Армянские церкви в Грузии нуждаются в реконструкции Вторая книга из серии "Армянские церкви Тифлиса" посвящена историографии церквей Шамкорецоц Сурб Аствацацин (или церковь Красного Евангелия) и Ереванцоц Сурб Минас.

  • В ПАМЯТЬ О ДРУГЕ
    2018-08-20 17:29
    2531

    Двадцать лет назад, в 1998 году, академик Левон Мкртчян издал "Книгу скорбных песнопений" Григора Нарекаци (в переводе Наума Гребнева). Это было очередное обращение Мкртчяна к главному произведению гениального армянского поэта X века. Первым была небольшая книжечка Нарекаци на русском языке, вышедшая в 1969 году. В ней было всего несколько глав из "Нарека" (перевод того же Н.Гребнева).