Последние новости

СО СМОТРОВОЙ ПЛОЩАДКИ ГРИГА

Странно: в предисловии к книге Грига "Кот Иисуса" Гурген Ханджян восхищается писательской храбростью ее автора и не сомневается, что после столь чудесных рассказов тот непременно и в скором времени порадует читателя повестями и романами. Однако "Кот Иисуса" –  это уже небольшая повесть в двух частях! 

ГЛАВЫ КАЖДОЙ ИЗ НИХ И ЕСТЬ РАССКАЗЫ, ТАК ЧТО ЧИТАТЬ ИХ СЛЕДУЕТ НЕ ВРАЗБРОС, а именно начиная с первого – "Маленький человек". Первую часть условно можно озаглавить "Маленький человек большого города", которая завершается рассказом "Встреча", а вторую – "Детская клиника в Германии" (от "Птиц в небе" до "Я – будильник"). Рассказу "Сторожа" подходит "роль" эпилога этой необычной повести, потому что именно здесь совершается итоговая загадочная и драматичная метаморфоза города: "…прошмыгнувшее в мое сердце желание разгоралось с большой силой – хотелось подойти и еще раз взглянуть на Человека-невидимку".

Девятнадцать глав-рассказов, предшествующих этому интригующему финалу, свидетельство того, что с выходом в свет первой книги молодого многообещающего прозаика Грига в армянской литературе  распахнулись настежь окна и двери навстречу урбанистическому мировоззрению и городскому персонажу. Не в замочную скважину или щель,  не исподтишка, а в открытую, смело и раскованно всматривается и вслушивается Григ в образ города и горожанина с их гримасами, фантазиями, миражами и раздвоением личности, сновидениями и пробуждением… зачастую снова во сне.

"Когда сон улетучился, Гурген стоял на перилах балкона – еще шаг, и он свалился бы вниз. Жадно глотнув холодный воздух, он не соображал, что случилось. Перед ним расстилался недавно проснувшийся город, а рядом, на краю перила, не спускала с него глаз Адада и без конца мяукала". Однако в другом рассказе "Адада" этим таинственным словом незнакомый старик называет абсурдное навязчивое состояние: "…во мне притаился темный уголок, в котором стоит стул, а на нем неподвижно сидит коротышка, лица не видно, а ноги пригвождены цепями к стулу – это и есть адада". Это кошмарное существо и подталкивает человека к злым помыслам и поступкам, даже в адрес Бога.

В рассказах Грига пусть порой и мистические, но до боли знакомые переживания и ситуации. Душевные смятения, противостояние мрачным влечениям неизбежно приводят к мучительному выбору: безысходность героя исчезнет, если открыть некую потаенную дверь. Но и этот выбор тупиковый: там он увидит Черта и Бога – и умрет. Вынужденный шаг к этой подсказке оказывается ложным – к зеркалу, то есть к пустоте и вызывает душераздирающий вопль-вопрос: "Ну, кто ты?! Что ты хочешь от меня?! Что все это значит?! Что я такого сделал?! Оставь меня в покое!"

В ГОРОДСКОЙ КРУГОВЕРТИ ОБМАНОВ И САМООБМАНОВ, ДЕЖАВЮ И ОТЧАЯНИЯ, соблазнов и вместе с тем надежды (очерченной по-григовски замысловато и притягательно) автор будто сдает в аренду свою смотровую площадку. Отсюда, как на детской ладони, вырисовывается Человек, пусть с первого взгляда и маленький, а в эпилоге превращающийся в невидимку, но которому предстоит выдюжить перед большими и серьезными житейскими испытаниями. Так называемая взрослая жизнь в рассказах Грига главным образом сфокусирована и трансформирована сквозь сознание юноши, подростка и ребенка. А это прежде всего гарантия правдивости и доверительности, к каким бы фантасмагорическим художественным приемам ни прибегал автор. "Детям свойственны наполненность и свежесть чувств, заинтересованность, наивность, живое воображение; они не испорчены и полны веры…" – так считал Уильям Сароян, кстати, один из почитаемых и любимых писателей Грига.

Маленький мальчик становится свидетелем сумасшествия одного из обитателей – бомжей городского подвала. (Безумие как участь и как… выход часто постигает григовских героев.) Наверное поэтому и острее наше сопереживание, когда до ребенка долетают слова Ашота по прозвищу Коробка: "…Вы не понимаете, город – коробка, огромная коробка! Я сам видел! Скоро мы все окажемся внутри нее и больше никогда не сможем выйти…" Он случайно подслушал и своего отца: "Ашот не сошел с ума, нет, город и на самом деле убийца…"

Пути-дороги, ведущие на дно жизни, самые разнообразные и самые непредсказуемые и неожиданные. Армию городских бомжей пополняют и бывшие музыканты, и художники, и загадочный и молчаливый Макинтош, и человек с серым чемоданчиком, коллекционирующий походки людей… "Не оставляй меня одного!.." – кричит он во сне вдогонку утерянному чемоданчику и вскоре тоже исчезает – умирает, преданный и любимой вещью. В финале рассказа сливаются две трагедии, потому что человек и вещь сравнялись (а может, обесценились?): "…и, видимо, до сих пор, под стать прожитой жизни своего владельца, где-то тихо и одиноко валяется серый чемоданчик, где-то…"

 ГригСОБСТВЕННЫЙ ЛИ ЭТО ВЫБОР САМОГО ЧЕЛОВЕКА ИЛИ ПЕРСТ СУДЬБЫ? Жесткая и жестокая реальность с ее беспощадной поступью или наше бессилие? Как знать… Но в душевный маршрут григовских героев всматриваешься со смотровой площадки с увлечением и любопытством, особенно пытаешься разглядеть и понять детей в рассказах о клинике в Германии. Дети-калеки, как модель общества, разные по национальности и дружелюбные, понимают и чувствуют друг друга. Они чуточку странные и мудрые в своих рассуждениях, они милосердны к чужой боли, они рассказывают поучительные истории и притчи. Как сложится их жизнь, когда они покинут замкнутое пространство клиники после окончания карантина и фактически выйдут на свободу? Как знать… Один из афганских мальчиков, который свистит по утрам и нарушает сон товарищей, объяснил: "Я – будильник, без меня вы уснете и умрете во сне…" Дети – будильник общества, его бодрого и здорового духа. Не все они и не всегда выглядят у Грига ангелочками. Манипулируя детским образом для выражения идейно-художественного эффекта, автор наделяет маленьких героев чертами характера и повадками взрослого человека.

В книге Грига "Кот Иисуса", выпущенной издательством "Антарес" в серии "XXI век", все же есть свет. Однако он такой же неординарный, как и сам писатель, как его истории. Свет Грига не в конце туннеля, а рассеян по страницам книги в виде солнечных зайчиков. Читатель, вооружись сачком и вылавливай их – станешь героем, соучастником своего Города, будешь искать свет в своей душе.

P.S. Мы оба с писателем Гургеном Ханджяном оказались правы. Григ в приватной беседе сообщил, что работает над повестью – продолжением второй части "Кота Иисуса", то есть условно названной нами "Детская клиника в Германии". Будем ждать новых творческих откровений Грига, 1991 года рождения, аспиранта факультета армянской филологии Ереванского государственного университета, неоднократного лауреата ежегодных премий литературной молодежной газеты "Гретерт" за лучший рассказ. 

Основная тема:
Теги:

    ПОСЛЕДНИЕ ОТ АВТОРА

    • БЕССТРАШНАЯ ЖЕНЩИНА
      2018-03-16 15:33
      1123

      К 140-летию со дня рождения Забел ЕСАЯН Последние дни жизни В ноябре прошлого года американский портал Refinery29 назвал известную армянскую писательницу Забел ЕСАЯН одной из пяти бесстрашных женщин мира. Предлагаем вниманию наших читателей рассказ о последних днях жизни этой мужественной женщины, которые прошли в сталинских застенках.

    • ЖИЛ С ТОСКОЙ-МЕЧТОЙ О ВАНЕ
      2017-12-15 16:00
      7079

      "Горстка пепла - дом родной…" - эта строка из поэзии западноармянского поэта Сиаманто взята эпиграфом к рассказу "Наш дом" Мкртича ХЕРАНЯНА (1899-1970). В 42 рассказах и трех повестях новой книги "Страницы прозы" писатель раздувает тлеющие угольки памяти о Ване и ванцах, которые после героической обороны города, спасаясь от турецкого ятагана, вынужденно покинули его и с караваном беженцев подались в Восточную Армению. 

    • ВЕРНЫЙ ЖИВОЙ ПРИРОДЕ
      2017-12-07 13:09
      2053

      Коронная "визитная карточка" замечательного армянского писателя Вахтанга АНАНЯНА (1905–1980) - это его охотничьи рассказы, проникнутые тонким и неприхотливым лиризмом и любовью к родной природе. Незадолго до смерти В. Ананян написал два объемистых тома увлекательного биографического романа "Маленький житель старой хижины" (1978) и "Куда ведут тропы" (1980). 

    • МАГАЗИН ПОСУДЫ НА АБОВЯНА
      2017-12-04 13:53
      1954

      В последнее время на улицах нашей столицы на рекламоносителях замелькал слоган "Место мусора – в урне", который напомнил юмористический рассказ классика армянской литературы Дереника ДЕМИРЧЯНА (1877–1956). Написанный в 1926 году рассказ "Магазин посуды на Абовяна" зафиксировал факт появления первых урн на улице Абовяна в Ереване.






    ПОСЛЕДНЕЕ ПО ТЕМЕ

    • СВЕТЛАЯ КНИГА
      2018-06-13 15:46
      805

      Мне принесли бандероль. В ней книжка - "Армянские мотивы"  (Валерий Савостьянов, Тула, Аквариус, 2015). "Армянские мотивы" - из Тулы?.. Немного удивившись такой географии, стала читать. Сначала выборочно, потом подряд:

    • ВЕК НАЗАД И СЕГОДНЯ
      2018-06-13 15:21
      2194

      Я одолел все 700 страниц увесистого фолианта "Эпопея ("Гояпайкар") Зангезура в 1917-1920 гг." на армянском языке за авторством члена-корреспондента НАН РА Арама СИМОНЯНА. Прочитал и преисполнился благодарности к историку, открывшему мне много новых фактов из того смутного времени вековой давности. Поэтому хочу поделиться кое-чем с читателями, живущими почти в такое же смутное время, когда точно не знаешь, чего ждать завтра, а машину времени армяне пока еще не придумали.

    • ВОЙНУ МОЖНО ТОЛЬКО НАЧАТЬ. КАК ЖИТЬ ПОСЛЕ?..
      2018-06-06 15:26
      427

      Книга Наринэ АБГАРЯН "Дальше жить" открывается каждому по- своему. Как утверждает сама автор, эта книга о тех, кто пережил войну, и тех, кто - нет. Писательница не понаслышке знает про разруху - как внутреннюю так и внешнюю.

    • ЕРЕВАНСКИЕ "ЭТЮДЫ" О РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЕ
      2018-06-04 17:27
      1075

      6 июня у Александра Сергеевича Пушкина день рождения. Дата некруглая - 219 лет. Но позвольте поздравить всех поклонников поэзии с этим знаменательным событием. Тем более что 6 июня отмечается в мире как День русского языка, и это замечательный повод рассказать о тех, кто всю жизнь способствовал распространению русского языка и великой русской литературы. Среди них - доктор филологических наук, профессор, председатель общества дружбы "Армения - Россия" Михаил Давидович Амирханян.