Последние новости

"МАНЮНЯ" ЗАГОВОРИЛА ПО-АРМЯНСКИ

А Наринэ Абгарян закончила новую книгу – о Карабахской войне

11 ноября в Ереванском государственном камерном театре состоится презентация книги Наринэ Абгарян "Манюня", которая в переводе Наринэ Гижларян наконец вышла и на армянском языке. "Манюня" сделала ту, кто ее придумал, одной из самых популярных современных российских писательниц, в арсенале которой уже не один десяток книг – изданных, переизданных и ею составленных. Она принесла Наринэ Абгарян литературную премию "Ясная поляна". "Манюня" покорила театральные подмостки - очередная премьера "по мотивам" намечена на конец будущего года, и не где-нибудь, а в московском Российском академическом молодежном театре.

Литературный путь Наринэ Абгарян начался с блога в "Живом журнале".

За книгу "Манюня" - залитый солнцем рассказ о своем армянском детстве - получила премию "Рукописи года" в номинации "Язык" и с ней в 2011 г. вошла в лонг-лист "Большой книги". Потом была вторая часть – "Манюня пишет фантастичЫскЫй роман" и - заключительная "Манюня, юбилей Ба и прочие треволнения". В 2011 г. за очередной автобиографический роман "Понаехавшая" Наринэ Абгарян удостоилась Гран-при "Рукописи года".

Когда слушаешь Наринэ, создается впечатление, что Манюня, девочка абсолютно самостоятельная, живет своей жизнью, получает награды, славу и любовь читателей. А Наринэ Абгарян просто работает и непросто живет. Семья, литературный труд, который "совсем не фейерверк, а просто трудная работа", благотворительный фонд "Созидание", членом попечительского совета которого она является, стремление поддержать начинающих писателей и еще много всего.

Вот и армянский вариант "Манюни" Наринэ решила направить на благотворительность. Сбор с тиража – а на презентации можно будет приобрести книгу с подписью автора - пойдет на какое-нибудь благое дело. "Наверное, на поддержку семей тех, кто погиб в войне за Арцах", - говорит Наринэ Абгарян.

 Село Берд- Наринэ, поздравляю с выходом книги на армянском. Любой перевод – событие для автора, а в данном случае для вас это, наверное, праздник вдвойне. Но не было ли опасения, что ваш такой сочный и самостильный язык "с армянским акцентом", став чисто армянским, утратит свою главную фишку?

- Я очень рада, что "Манюня" и еще книга "С неба упали три яблока" переведены на армянский. Причем переведены очень профессионально, очень хорошо. Теперь слово за армянским читателем. Если книга понравится, я буду по-настоящему счастлива.

Что касается опасений, они были, как и в случае с переводом на любой другой язык. Всегда ведь очень хочется, чтобы тебя перевели максимально адекватно. В принципе я всех своих переводчиков предупреждаю, что меня надо переводить простыми словами. Как только в текст включаются какие-то сложные обороты, это уже не я, теряется индивидуальность. У меня была смешная история с моим редактором. Я вообще очень страдала от того, что у меня не совсем канонический русский язык, а по-армянски говорю на нашем бердском диалекте. Так редактор меня утешила: "Не переживай, ты так пишешь, что мы читаем на русском, а кажется, что на армянском".

Наринэ Гижларян, автор перевода "Манюни", тоже родом из Берда. И поскольку она, как и я, выросла в той среде, знает местных людей, их обычаи, традиции, ее перевод максимально близок к моему русскому оригиналу. Мне ужасно понравилось, что в ее переводе второстепенные персонажи "Манюни" говорят на бердском диалекте. И это внесло дополнительный колорит, который в русском языке невозможен. Россия – такая огромная страна, но, по-моему, в русском языке нет такого количества диалектов. А у нас маленькая республика, но жители соседних деревень не всегда понимают друг друга. Как говорит мой муж, сколько армян, столько и диалектов! И я с ним согласна.

- Такая потрясающая память на детство, способность в него вернуться и им поделиться – это органика или удачно найденный прием?

- Наверное, состояние души. Когда ты начинаешь придумывать текст, планировать, о чем будешь писать… По крайней мере у меня получается такая вымученная, искусственная история. А когда пишешь как чувствуешь… Если мне проще жить с лицом, повернутым в прошлое, то мои книги о том же. Для меня, наверное, действие застыло в том времени, которое я особенно люблю. Это 80-е годы, Армения, мой родной город Берд, уклад того времени. Естественно, сегодня Берд другой…

- И Карабахская война, которой посвящена ваша новая книга, это тоже часть если не детства, то юности…

- У моей мамы карабахские корни. И бабушка с отцовской стороны родом оттуда. В прошлом году я побывала в Карабахе, много общалась. У нас практически один и тот же диалект. Моя новая книга, которая выйдет в январе будущего года и будет называться "Дальше – жить", – это книга о войне. И материал ее родился не только из того, что я собственными глазами видела, наблюдала, чувствовала в Берде. Я съездила в Арцах, путешествовала по деревням, была в Каринтаге – это потрясающее место, где живут героические люди. Какие-то истории я позаимствовала оттуда. Все-таки писать о войне 90-х и не писать об Арцахе – это неправильно. Это будут тридцать небольших рассказов. Каждый - история одного персонажа. Как он пережил войну или не пережил.

- И все-таки среди книг о детстве или из детства вдруг книга о войне. Откуда возникла эта тема? Практика показывает, что она у нас не только святая, но подчас, простите, конъюнктурная.

- Нет там никакой конъюнктуры. Потому что я не умею писать с коммерческим расчетом. Не могу сказать себе – знаешь, Наринэ, сядь и напиши про войну, потому что про войну будут покупать. У меня вообще есть такое, может быть, идиотское ощущение, что я начала писать только потому, чтобы когда-нибудь написать о войне. Потому что это очень больно, очень значимо, очень тяжело для меня. Это больная тема в жизни моей семьи, моего города, моих близких. Не написать об этом я не могла. Это очень тяжелый труд. И смогла я написать об этом, только когда почувствовала: или сейчас - или никогда. Я очень долго откладывала – это тяжело, это пропускаешь через себя каждый рассказ. И чем меньше объем рассказа, тем больше крови ты оставляешь на его страницах. Ведь эмоциональная насыщенность – чем меньше рассказ, тем ее больше. Мне кажется, я практически пару лет своей жизни оставила вот в этой книжке и, наверное, к теме войны больше не вернусь. Это большое испытание. Самая тяжелая книга, которую я когда-либо писала. Кстати, пару рассказов из нее я выкладывала в соцсеть, и их уже успели перевести на армянский и английский. По крайней мере во время моей поездки в Америку были организованы их чтения, и они вызвали большой интерес у американской аудитории.

- Может быть, память о войне и эмиграция со всеми ее проблемами и сделали память о детстве такой солнечной, как в ваших книгах?

- Да, конечно. Эмиграция – это тоже своего рода война, в которой не каждый может выстоять и выжить. Я все свое счастливое детство сохранила в своей душе с чувством бесконечной благодарности к людям, которые к этому моему счастью имели отношение, и они всегда со мной. И мои бабушки, и мой дед (к сожалению, второго я просто не застала), и мои друзья, и мои родители, которые вырастили пятерых детей и всю свою жизнь посвятили нам. Мы их отношение наблюдали всю жизнь, и ничего, кроме благодарности, нежности, почтения и восхищения, мы к своим родителям не испытываем. Это тот период моей жизни, куда я с удовольствием возвращаюсь, где я всегда бываю и то, о чем мне всегда радостно писать.

- Вы пишете, когда "радостно", то есть когда Бог на душу положит, или это уже профессия с недетским режимом и отработкой?

- Режим работы обязательно нужен, потому что писательство – это тяжкий труд, и ничего эфирного, воздушного, овеянного полетом муз, там нет. Это конкретное ремесло сродни работе кочегара или каменщика. К тому же это еще и достаточно серьезный физический труд. Хотя вроде сидишь в компьютере и пишешь, но это не просто – вытаскивать из себя слова и складывать их в предложения. Я каждое утро сажаю себя перед ноутбуком, открываю Word, который тут же начинаю тихо ненавидеть и, подозреваю, он меня тоже, и заставляю себя работать. По-другому книги, к сожалению, не пишутся. Это только первую книгу можно написать на одном энтузиазме, вдохновении и чувстве полета. В общем, самодисциплина и еще раз самодисциплина. Как шутит моя подруга Тинатин Мжаванадзе, "ты настоящая трудолюбивая армянка!"

- У вас есть объяснение тому, что в современной русскоязычной литературе два знаменитых писателя – вы и Мариам Петросян – и обе женщины?

- Во-первых, я восхищаюсь Мариам, горжусь ею, очень люблю "Дом, в котором…", который я считаю абсолютным шедевром. На сегодняшний день эта книга переведена на одиннадцать языков. Мне кажется, Мариам написала какой-то концептуально новый роман. Так получилось, что в русскоязычной литературе более известны мы вдвоем, хотя есть потрясающий Андрей Аствацатуров, Каринэ Арутюнова, которая живет в Киеве. Есть Валерий Айрапетян. Нас смешно называют "русскоговорящие писатели армянского происхождения, которые известны читающей публике". Почему именно мы? Не знаю, но душу это, безусловно, греет.

- Типа - это нельзя объяснить, это надо запомнить.

- Я, правда, думаю, скоро и мужчины за нами потянутся!

- Читать не довелось, но, насколько мне известно, вы составили и издали сборник произведений малых форм "Наринэ Абгарян представляет" и который можно условно назвать "мы находим таланты".

- Таких сборников вышло целых три. Мы действительно их составили и выпустили вместе с издательством АСТ Это были писатели, которых мы находили в соцсетях. Я ведь и сама вышла оттуда. Если бы меня не заметил редактор, я бы никогда сама не решилась отправить в издательство то, что пишу. В соцсетях есть очень много писателей – хороших! – которые, как и я, никогда не решатся отправить свои произведения в издателям. Мы действительно составили три сборника, там повести и рассказы - два женских сборника и один мужской. Это была моя попытка помочь начинающим авторам. Уже три года, как эти книги вышли, и удивительное дело – женская короткая проза продается лучше, чем мужская. Мы общались на эту тему с нашим главным редактором, и он тоже не может объяснить, почему так происходит. Почему женские рассказы продаются лучше, чем мужские – вопрос! Вот есть такие, греющие мою женскую душу вещи!

- Сегодня у вас есть возможность прокладывать для кого-то путь к читателю. Когда литература была для вас хобби, вы верили, что ваш звездный час еще настанет?

- Я всегда была профессиональным читателем. С детства читала много и с удовольствием. Недавно, когда я приезжала в Ереван, мама выслала мне из Берда мой школьный дневник. Читаю – там записи на армянском, на русском - и понимаю, что, вот, мне было пятнадцать-шестнадцать лет, а слог у меня достаточно приличный. Для школьницы, конечно. Наверное, что-то такое во мне было и тогда. Всю жизнь вела дневники до определенного возраста, пока у меня не родился ребенок и стало не до того. Какое-то время я была писателем каких-то своих коротеньких историй, но никогда не планировала быть писателем, даже не думала об этом. Все, что случилось в моей жизни, случилось совершенно неожиданно.

- А теперь, когда вы практически живой классик, как вы умудрились не покрыться хотя бы тонким слоем бронзы и сохранить такую открытость?

- Мне кажется, это в первую очередь воспитание, то, что заложено с детства. Я-то выросла в небольшом городке – практически в деревне, и с детства в нас воспитывали некую аскезу. Если ты там где-то задираешь нос, моментально по этому носу и схлопочешь - от бабушки, дедушки, мамы, папы... Есть какой-то определенный сермяжный деревенский стержень – он у тебя внутри сидит, живет и всегда тебя держит в трезвом состоянии. В общем, может неправильно так говорить, но я тот самый простой человек, и любимая моя еда - хлеб с сыром, и все мои радости и удовольствия состоят из таких вот простых вещей. Мне кажется, самое главное, чтобы не заработать звездную болезнь, надо быть достаточно самоироничным человеком, уметь посмеяться над собой. А мы, бердцы, это умеем! Самое наше любимое занятие. Кроме всего прочего, даже если бы я очень захотела "позвездеть", мне бы это вряд ли удалось, потому что, как только я приехала бы домой, мне бы тут же сказали: "Ахчик джан, куда тебя понесло?! Позоришь весь Берд!". А вот этого я не переживу! 

Основная тема:
Теги:

    ПОСЛЕДНИЕ ОТ АВТОРА

    • HIGHFEST ОТМЕЧАЕТ СОВЕРШЕННОЛЕТИЕ
      2018-09-24 17:24
      644

      28 сентября в Ереване возьмет старт Международный фестиваль исполнительских искусств HIGHFEST, который продолжает знакомить отечественную публику с новейшими трендами современного театра. И хотя сложностей у фестиваля не убавилось, его президент Артур ГУКАСЯН уверен, что HIGHFEST есть и будет оставаться проходом, переходом, трамплином и прочее в большой мир театра.

    • ТРУДНОСТИ ПЕРЕВОДА
      2018-09-24 17:12
      846

      В первые дни сентября в Москве прошел V Международный конгресс переводчиков под слоганом "Литературный перевод как средство культурной дипломатии", в рамках которого состоялось вручение премии "Читай Россию/Read Russia" - единственной российской премии за лучший перевод произведений русской литературы на иностранный язык. Задумывалась эта премия как способ популяризации русской литературы, поощрения ее переводчиков и зарубежных издательств, эти переводы публикующих.

    • ПО СРАВНЕНИЮ С БУБЛИКОВЫМ - ХОРОШО!
      2018-09-24 16:15
      282

      Но Бубликов, как мы помним, вроде бы умер. Ну или по крайней мере все думали, что он умер. Про современную отечественную культуру так не думают. Наоборот, принято считать, что она революционирует со страшной силой, торя себе дорогу к будущему эволюционированию. Если проще - все будет хорошо! Однако же при мониторинге мнения деятелей культуры, в силу должности находящихся в подчинении Министерства культуры РА, изменились. Выходит - если Минкульт и дальше и с такой частотой будет выдавать свои новации, то хорошо будет только по сравнению с Бубликовым.

    • ИСКУССТВО? ХАЛЯВА, СЭР!
      2018-09-05 16:00
      2483

      С 1 октября вступит в силу одна из программ, разработанных совместными усилиями министерств культуры и образования: система школьного абонемента. Среди всех "арт-революционных" программ в культурном ведомстве эта считается едва ли не самой революционной. По крайней мере о ней говорится исключительно с упоением, переходящим в восторг. Только если в Минкульте по этому поводу полные штаны радости, то у руководителей культурных учреждений по тому же поводу полные глаза слез.






    ПОСЛЕДНЕЕ ПО ТЕМЕ

    • ТРУДНОСТИ ПЕРЕВОДА
      2018-09-24 17:12
      846

      В первые дни сентября в Москве прошел V Международный конгресс переводчиков под слоганом "Литературный перевод как средство культурной дипломатии", в рамках которого состоялось вручение премии "Читай Россию/Read Russia" - единственной российской премии за лучший перевод произведений русской литературы на иностранный язык. Задумывалась эта премия как способ популяризации русской литературы, поощрения ее переводчиков и зарубежных издательств, эти переводы публикующих.

    • ПРАЗДНИК ДУХОВНОСТИ В ЦЕНТРЕ КАЛИФОРНИИ
      2018-09-19 15:25
      2363

      О новом американском музее Посвящается все тем, кто перечитывает Уильяма Сарояна, и в первую очередь N.G. В 1952 году в Нью-Йорке вышла монография Literary America. В ней рассказывалось о поселениях и городах, где жили или родились американские писатели (начиная с XVII столетия). Благодаря 44-летнему Уильяму Сарояну в эту монографию попали сведения и о Фрезно. Именно книги американского армянина открыли Америке глухую аграрную провинцию, населенную озорными людьми, которые, в отличие от остальных американцев, стремились не к сиюминутному успеху, а старались постичь мудрость.

    • РОДИНА: ГОРЕЧЬ И ВЕРА
      2018-09-17 15:14
      1074

      К 80-летию со дня смерти Ваана ТОТОВЕНЦА Известного армянского писателя Ваана ТОТОВЕНЦА (1894-1938), который был родом из Западной Армении (провинция Харберд, г. Мезире), Военная коллегия Верхового суда СССР приговорила к высшей мере наказания. После мучительного тюремного марафона и семнадцати изматывающих допросов, спустя два года после ареста, 18 июля 1938 года  в день его рождения приговор о расстреле был вынесен и немедленно приведен в исполнение.

    • 17 ПОЭТОВ И АЙРЕНЫ
      2018-09-14 15:00
      2160

      Кем был Саят-Нова? Полиглотом? Моралистом? Ткачом? Изобретателем компактного ткацкого станка с подвижной осью? Певцом с волшебным от природы тенором? Монахом-схимником? Что может успеть человек (речь идет о Петросе Дуряне) за двадцать лет между рождением и смертью, за совсем вроде бы короткий век? Какие три интереснейших момента содержатся в биографии Аветика Исаакяна? Что общего между судьбами Паруйра Севака и Минаса Аветисяна?