9 февраля министр иностранных дел Хакан Фидан заявил, что «Турции придется вступить в гонку ядерных вооружений, если в регионе у кого-то появится ядерное оружие». Заявление было сделано в контексте переговоров Вашингтона и Тегерана относительно будущего ядерной программы Ирана.
ТЕМ САМЫМ, АНКАРА НЕПРИКРЫТО ДАЛА ПОНЯТЬ, ЧТО ОНА ПРОТИВ ТОГО, чтобы Иран обладал ядерным арсеналом, И что в случае допущения американцами реализации иранской программы по обогащению урана до «боевых кондиций» Турция будет вынуждена также прибегнуть к мерам по приобретению собственных ядерных боеголовок.
На территории Турции имеется арсенал ядерных боеголовок тактического уровня(около 100 авиабомб на базе Инджирлик), однако эти боеприпасы не могут быть применены вне рамок натовской повестки и задач. Турки не имеют к ним прямого доступа и не могут даже относительно считать их своими.
Заявление Фидана следует считать откровенным шантажом, причем адресованным как в иранцам, так и американцам. Анкара, фактически, требует от обеих конфронтирующих сторон сойтись на условиях полного сворачивания боевой ядерной программы Тегерана, угрожая в противном случае инициировать собственную программу разработки этого оружия массового поражения.
Эксперты свидетельствуют, что по сути Турции для этого далеко ходить не надо. Теоретически она уже обладает необходимой технологической базой для создания и запуска обогащающих уран центрифуг. Турецкие университеты и научные центры готовят специалистов в области «мирного атома», которые, как известно, могут при необходимости спокойно переквалифицироваться в разработчиков боевого оружия. Кроме прочего, Турция находится в самых тесных союзнических отношениях с Пакистаном, который может в сравнительно короткие сроки помочь ей наладить всю цепочку производства, начиная от приобретения природного урана и кончая созданием боеголовок.
Так что, заявление Фидана отнюдь не выглядит пустой угрозой.
Подобная постановка вопроса должна особенно тревожить США и Израиль. Дело в том, что не только Турция может пойти на такой шаг. Другие государства региона также неоднократно давали понять Вашингтону, что вступление Ирана в «ядерный клуб» заставит их прибегнуть к соответствующим мерам. Речь прежде всего о Египте и Саудовской Аравии.
КАИР, КАК И ТУРЦИЯ, СПОСОБЕН НАЛАДИТЬ ТЕХНОЛОГИЧЕСКИЙ ПРОЦЕСС СОЗДАНИЯ собственной бомбы, а мегабогатый Эр-Рияд и вовсе может просто закупить ядерный арсенал у давнего своего союзника — Исламабада. Конечно, торговля ядерными бомбами напрямую вроде пока еще не имела прецедентов в мире, поскольку члены «ядерного клуба» жестко контролировали сферу для недопущения подобных случаев. Однако Пакистан не подписывал международный «Договор о нераспространении ядерного оружия» (ДНЯО) и формально не обязан соблюдать его положения.
Если Исламабад до последних пор в практическом плане все же придерживался принципов нераспространения технологий и готового оружия, чтобы избежать давления мирового сообщества, то нет никаких гарантий, что в условиях глобальных перемен в мире эта страна не пойдет на передачу своих бомб третьим странам. Эти перемены настолько очевидны, что все больше стран, беспокоясь о своей экзистенциальной безопасности, уже выдвигают вопрос: почему одним можно иметь ядерное оружие, а другим это запрещено?
Возвращаясь к фидановскому заявлению, следует отметить, что Турция не впервые поднимает этот вопрос. Еще с 2019 года Эрдоган неоднократно говорил о том, что действующие правила по нераспространению ядерного оружия в мире несправедливы. Главным образом его претензии были направлены в адрес Израиля, который тайно обладает собственным ядерным арсеналом (по разным подсчетам от 100 до 300 боеголовок тактического уровня), но делает все, чтобы лишить другие страны региона возможности обзавестись в целях защиты своими бомбами.
Эрдоган и Фидан дают понять, что Израиль получил ядерный арсенал незаконно и вопреки всем международным принципам и правилам, следовательно, никто не имеет права накладывать в этом вопросе ограничения на Турцию. И если Анкара до последнего времени терпела факт наличия у Тель-Авива ядерного оружия, то в случае с Ираном делать это уже не готова.
Иными словами, Анкара провела свои красные линии и требует у США либо сохранить ядерный баланс в регионе (принудить Иран свернуть свою программу), либо в противном случае не ограничивать Турцию в инициативе приобретения собственного оружия массового поражения.
АДМИНИСТРАЦИЯ ТРАМПА СЕЙЧАС СТОИТ ПЕРЕД СЛОЖНОЙ ЗАДАЧЕЙ. Иранская программа в случае ее дальнейшего развития станет поводом к началу процесса бесконтрольного распространения ядерного оружия в регионе. Это означает, что формально союзные Вашингтону страны на Ближнем Востоке, обзаведясь собственными арсеналами, впредь станут минимально зависимыми от США в плане безопасности, а следовательно, неуправляемыми.
В первую очередь речь идет именно об амбициозной Турции, которая и так является сложным партнером для США, стремясь к максимальной геополитической самостоятельности. А ядерный статус может и вовсе вывести ее из-под опеки США и НАТО, что чревато непредсказуемыми последствиями для глобальных позиций Вашингтона на Ближнем Востоке и в Центральной Азии.
Именно поэтому американцы обложили Иран со всех сторон беспрецедентно крупными ударными силами и стараются посредством переговоров выдавить из него согласие на отказ от ядерной и ракетной программ. Вашингтон опасается не столько собственно иранской ядерной угрозы, сколько перспектив бесконтрольного распространения ядерного оружия в регионе, причиной которой может стать неуступчивость Тегерана.
