ВЫСТАВКА В ДОМЕ ХУДОЖНИКА
На днях в Доме художника завершилась выставка художников театра, кино и телевидения. Были представлены работы 60 художников: маски, коллажи, гобелены, эскизы театральных постановок, костюмов, известных кинокартин и мультов, куклы и марионетки — персонажи любимых сказок из репертуара кукольного театра и театра марионеток.
Обычно, когда смотришь спектакль или кинокартину, внимание обращаешь только на актера, между тем исполнитель роли — это последнее звено в цепи мероприятий по постановке: если художник не приберет сцену и не оденет актера, спектакль не состоится. Насколько незаметной будет работа художника, настолько она ему удалась.
Сначала художник рисует спектакль или кино: вот "Шинель" Гоголя для кукольного театра (Карине Егиазарян), "Дюймовочка" Сусанны Тоноян и "Сотворение мира" Мартироса Бадаляна для театра марионеток. А "Испанская мелодия" Бадаляна, сделанная в память Гарсия Лорки, представляет собой бычью голову огненно-красного цвета, который ассоциируется с цветом плаща матадора и крови великого испанского поэта. Цвет обреченного на то, чтобы быть убитым. Под стеной присел и застыл в неподвижности актер в белом гриме на лице и с маленькой красной розой в руках. В качестве экспоната. Экспонат улыбается посетителю, который начинает и себя самого воспринимать как экспонат на выставке абсурда под названием "Жизнь", смысл которого он пытается найти в театре.
Действительно, как можно входить в жизнь без сопровождения искусства: без "Ромео и Джульетты", "Короля Лира", "Восточного дантиста" (Грета Налчаджян), без Ануш (эскизы костюмов сделаны Донарой Чибухян). Как, например, войти через ворота любви: Нора Бадалян представила две работы — "Ворота любви" и "Стена любви". По этим картинам видно, как трудно пройти через ворота любви, а для кого-то это унылая непроходимая стена, испещренная именами влюбленных. И вдруг — мастерски написанная кистью Артура Арутюняна "Женщина с сигаретой", женщина, которая словно прошла через все двери и достигла точки пересечения мечты с действительностью…
Очень несправедливо будет отметить чью-то работу, пренебрегая другими, поскольку интересны были абсолютно все работы. Ну как не назвать эскиз для сказки "Мальчик с 9 подсвечниками" Татев Арутюнян или "Прерванную мелодию" Виктора Ованнисяна, где инструменты действительно как будто "прерываются" и сквозь их прерванность раскрывается панорама Арарата.
Отдельный интерес представляли работы заслуженного художника Армении Степана Андраникяна, мэтра игрового и анимационного кино: эскизы к концерту "Аве Мария", к комедии "Миноев в Париже" и к фильму "Плоды просвещения". Из работ мастеров среднего поколения выделялись эскизы Рубины Ованнисян к балетам А.Бабаджаняна "Героическая баллада", А.Хачатуряна "Гаянэ", к опере А.Арутюняна "Саят-Нова", среди которых костюм для танцев был надет на манекен и получился образ Саят-Новы, воплощенный женщиной.
Повсюду на выставке можно увидеть кукол и марионеток. Я знакома с куклоделом Анаит Аракелян, которая мастерит своих кукол со сказочной быстротой. Они у нее никогда не задерживаются, оживая в спектаклях кукольных театров республики, в кафе и в частных домах, где дети и внуки получают в дар от взрослых персонажей из любимых мультов. На выставке она представила 4 кукол: "Украинку", "Армянку", "Японку" и "Чаплина", да еще роскошную "Маску на розовом фоне".
Между прочим маска — непременный атрибут театра и в прямом и в переносном смысле, поэтому можно было увидеть много масок: элегантная маска птицелова Папагено из оперы Моцарта "Волшебная флейта" Мане Абраамян, "Маска Степана Андраникяна" и "Маска Рубена Бабаяна" Кнар Арутюнян, а Мартирос Бадалян свой автопортрет-маску сделал из гвоздей и противогаза.
Дух Параджанова витал повсюду, его лик, маска и символ вспыхивали тут и там, подпитывая и окрыляя воображение — это и поэт в женском обличье, женщина-танец Саят-Нова работы Рубины Ованнисян, это и коллаж "Цвет граната" Асмик Мурадян, просто портреты Параджанова. Именно Параджанов дает ключ к зажиганию фантазии под названием Театр. А что это за женщина, опутанная сотней нитей? Так замыслил тайну женщины художник Рафаел Хачатрян. Попытаться понять женщину — это распутать нити. Вот и получается распутанная женщина или распутная, если хотите. Фигуру женщины Хачатрян назвал "Игра".
Жаль, что нельзя упомянуть имена всех участников этой замечательной выставки, поскольку это все-таки не каталог, хотя в условиях отсутствия каталога любой намек об этом важном культурном событии мог бы послужить таковым.
Под занавес хотелось бы назвать наиболее понравившийся мне экспонат — работу скульптора Мовсеса Тадевосяна "Адам и Ева", представляющую собой две стеклянные бутылки. Горлышко у них аккуратно отторгнуто: вероятно, нужно обязательно нарушить-разбить целостность, чтобы двое смогли посредством друг друга осуществить себя. Обеспечить продолжение рода человеческого через два его начала — Адама и Еву.