ФРАГМЕНТЫ ДОКЛАДА НА VI КОНВЕНТЕ РОССИЙСКОЙ АССОЦИАЦИИ МЕЖДУНАРОДНЫХ ИССЛЕДОВАНИЙ (РАМИ)
КАРАБАХ В КОНТЕКСТЕ КОНФЛИКТА ИЛИ КОНСЕНСУСА
Стратегическая оценка возможностей мирного разрешения карабахского конфликта, изучение факторов, влияющих на его динамику, исключают ограничение анализа рамками локально-национальных и региональных процессов. С этой точки зрения Южный Кавказ может быть рассмотрен в качестве фактора, координирующего процесс политической ориентации огромного пространства — Центральной Евразии, простирающейся от Китая до Турции. В связи с этим представляет интерес оценка перспективы данного регионального конфликта в политико-безопасностном контексте коллизий стратегического калибра, в нашем случае — коллизии интересов России и Запада в вопросе удержания Центральной Евразии в сферах своего влияния.
В ближайшем будущем с целью уменьшения ресурсной базы экспорта газа из Баку на Запад Россия будет продолжать покупать определенное количество азербайджанского газа. Однако сама подача газа в Европу по транзитным каналам не может являться приоритетом особой важности на долгосрочную перспективу. Новые изыскания показывают, что уже в среднесрочной перспективе огромные запасы сланцевого газа в самой Европе и наличие эффективной американской технологии по его добыче в значительной мере смогут гарантировать стратегическую автономность системы европейской энергетической безопасности.
Такие перспективы в конечном счете предполагают отказ прагматичного Запада от дорогостоящего NABUCCO. Можно предположить, что обсуждаемые инвестиции в $ 8-10 млрд в проект, лишенный будущего уже через 10 лет, будут оценены как невыгодные. Вероятность негативного решения по NABUCCO повышается в связи с отягощенностью проекта сложными геополитическими проблемами пересечения множества границ.
NABUCCO, являясь одним из оперативных инструментов для решения задачи по транзиту газа в Европу, в последние годы стал рассматриваться в качестве рычага для решения стратегической задачи более крупного калибра — включения Центральной Азии и Кавказа в сферу влияния Запада. В традиционном видении геополитических приоритетов для Запада именно обеспечение переориентации геостратегического вектора Центральной Евразии является приоритетом особой важности. Для Москвы же приоритетом жизненной важности, с той же традиционной точки зрения, является воспрепятствование Азербайджану в исполнении координирующей роли по исключению геостратегического пространства Центральной Азии и Кавказа из сферы доминирования России.
При традиционном конфронтационном подходе императивы обеспечения региональной стабильности не исключают использования замороженных локальных конфликтов как инструмента борьбы главных акторов, представленных в нашем регионе, за доминирование в их геостратегическом противостоянии. Однако налаживающаяся "перезагрузка" в отношениях между США и Россией, формирование предпосылок к их диалогу с Китаем и Индией дают возможность выстраивать качественно новые геополитические перспективы сотрудничества мирового сообщества с государствами Центральной Азии и Кавказа. Подобная перспектива конструктивной интернационализации американо-российской перезагрузки в конечном счете могла бы исключить использование замороженных конфликтов для манипулятивного управления региональными и глобальными безопасностными процессами.
В данном контексте оправданна постановка задачи о перезагрузке также Минского процесса. И признание безукоризненного факта легальности и легитимности референдума по самоопределению Нагорного Карабаха от 10 декабря 1991 года может стать правовой и политической основой для данной перезагрузки, а значит, одним из важных факторов обеспечения долгосрочного мира и устойчивого безопасного развития Южного Кавказа и Центральной Евразии в целом.
ВЗГЛЯД НА ВОЕННОЕ РАЗВИТИЕ КАРАБАХСКОГО ПРОЦЕССА
С учетом заблокированности Договора об обычных вооруженных силах в Европе и отсутствия какого-либо серьезного противодействия мирового сообщества демонстративной гонке вооружений с многократным превышением потолков ДОВСЕ, навязываемой региону Азербайджаном, нельзя исключить перерастания милитаристских призывов главы соседнего государства в новую войну в Карабахе.
Непрерывные обстрелы позиций, диверсионные рейды на рубежах прекращения огня и отказ от предложения Минской группы ОБСЕ по отведению снайперов от линии соприкосновения повышают уровень напряженности в зоне конфликта. Катастрофическое воздействие подобной политики на региональную стабильность и безопасность очевидно на примере трагических событий 2008 года в Грузии. Перспектива погашения военного пожара в регионе по той же модели получила новое договорно-правовое подкрепление с недавним подписанием армяно-российского соглашения.
Армянская сторона внимательно отслеживает процесс интенсификации подготовки Азербайджана к новой войне. В качестве реакции Армения вынуждена разрабатывать гарантированную систему эффективного противодействия, имея все основания для предупреждения о том, что развязывание новой войны в Карабахе вынудит ее нанести Азербайджану неприемлемый урон. Следует также принять во внимание, что Республика Армения, мировое армянство предпринимают соответствующие меры и не остановятся ни перед чем для предотвращения второго в течение последних 100 лет Геноцида армянского народа.
ПОВТОРНЫЙ РЕФЕРЕНДУМ В НАГОРНОМ КАРАБАХЕ — ПУТЬ К ТУПИКУ И ВОЙНЕ
Развитие процесса по урегулированию карабахского конфликта показывает, что одним из принципиальных препятствий на пути его продуктивного продвижения является привнесение в 2005 году в Минский процесс идеи повторного референдума. Именно это предложение, находясь в противоречии с юридическим фактом легитимности референдума 1991 года, завело карабахский процесс в тупик.
Данный манипулятивный подход, лежащий в основе Мадридских принципов, удерживает поиск мирного разрешения конфликта в контрпродуктивном формате "угрозы возобновления войны". В значительной мере этим можно объяснить то, что азербайджанская сторона в качестве "основного компромисса" представляет свою "готовность не возобновлять военные действия".
Известно, что покойный президент Азербайджана Гейдар Алиев, ведя конфиденциальные переговоры по Карабаху, принимал факт проведения 10 декабря 1991 года референдума в Нагорном Карабахе в соответствии с действовавшим в тот период законодательством СССР, что означало готовность к совместному поиску компромиссов на основании признания юридического факта законосообразного прекращения административно-иерархических отношений между Нагорным Карабахом и Азербайджаном.
Этому предшествовало провозглашение в 1991 году Азербайджаном своей независимости. При этом независимость Азербайджана была провозглашена без удовлетворения права населения НКАО и других районов компактного проживания армян на свободный и самостоятельный выбор своего политического статуса. В ответ на вооруженную агрессию Азербайджана НКР воспользовалась своим правом на самооборону и обеспечила безопасность карабахского армянства.
Таково было понимание политико-правовой сути карабахского конфликта, лежавшее в основе Соглашения между всеми его тремя сторонами — Азербайджанской Республикой, Нагорно-Карабахской Республикой и Республикой Армения — в 1994 году о прекращении огня и поиске путей выхода из тупика военной конфронтации в область диалога и долгосрочного мира между двумя независимыми государствами, созданными на территории бывшей Азербайджанской ССР. Данный шаг отражал логику четырех резолюций Совета Безопасности ООН по Карабаху.
ПРЕДПОСЫЛКИ ДЛЯ ПЕРЕЗАГРУЗКИ МАДРИДСКИХ ПРИНЦИПОВ: ВЫХОД ИЗ ТУПИКА
Перспектива прекращения завышения оценок места Азербайджана в региональных процессах объективно обусловлена предстоящей потерей Азербайджаном ранее предполагаемой роли координатора транзита газа из Центральной Азии в Европу — в связи с выстраиванием новой геостратегии и архитектуры энергетической безопасности Европы.
В условиях демифологизации NABUCCO и роли Азербайджана главным инструментом сталкивания процесса мирного разрешения карабахского конфликта в тупик с угрозой возобновления войны является контрпродуктивная идея повторного референдума — при наличии безукоризненности юридического и политического факта законосообразности референдума 1991 года. Контрпродуктивны какие-либо предложения — в первую очередь в связи с вопросом о землях и возвращении беженцев — без объективного ответа на коренной вопрос об основе мирного разрешения конфликта, а именно — о легитимности карабахского референдума 1991 года. В этом — один из главных изъянов Мадридских принципов, удерживающих поиск мирного разрешения конфликта в опасном для региональной безопасности формате "угрозы возобновления войны".
Основой для конструктивного применения триединства принципов "неприменения силы, свободного самоопределения и территориальной целостности" с целью разрешения карабахской проблемы может стать признание Азербайджаном, а также сопредседателями Минской группы юридического факта легитимности выхода в 1991 году Нагорного Карабаха из состава Азербайджанской ССР. Таким образом, для вывода карабахского урегулирования из тупика сторонам карабахского конфликта и главам государств — сопредседателей Минской группы целесообразно в качестве основы для перезагрузки Минского процесса и мирного разрешения конфликта:
1. Изъять из портфеля карабахского урегулирования предложение по повторному референдуму.
2. Признать юридический факт проведения законосообразного референдума в Нагорном Карабахе 10 декабря 1991 года и создания на территории бывшей Аз. ССР двух независимых государств: АР и НКР. Речь идет о легитимном референдуме, приглашение к участию в котором азербайджанское меньшинство бойкотировало по распоряжению властей Баку.
Гайк КОТАНДЖЯН, генерал-майор, директор Центра национальных стратегических исследований МО РА, доктор политических наук
