Недавний бунт французских фермеров наглядно показал, что низкие закупочные цены на свежее молоко могут разрушить внутренний рынок и стать яблоком раздора. Однако владельцы наших молочных предприятий особо не задумываются над чужими ошибками и каждое лето пытаются снизить закупочную стоимость местного молока. Логика действий у хозяев молокопрома такая: производство молока летом увеличивается, значительно снижается его себестоимость, а значит, незачем платить фермеру лишние драмы.
У ФЕРМЕРОВ СВОИ ДОВОДЫ, КОТОРЫЕ ВЫГЛЯДЯТ БОЛЕЕ УБЕДИТЕЛЬНЫМИ. Молокозаводы не заинтересованы увеличивать число первичных приемных пунктов, в результате чего многие села лишены возможности сбывать излишки молока, говорят они. Ежегодно 22 тыс. тонн козьего и овечьего молока не находят покупателя. Этот огромный резерв мог бы заменить импортные некачественные порошки и соевое молоко. Словом, именно эти два продукта, на которых делаются большие деньги, тормозят развитие местного молочного животноводства, уверенно заявляют сельские молокопроизводители.
Возникает вполне резонный вопрос: а надо ли ввозить в страну молочный порошок? Специалисты единодушно отвечают, что ввозить надо, но при этом должны использовать его строго по назначению.
Строго по назначению у нас пока не получается. В магазинах нередко сталкиваемся с порошковым молоком, которое продается как натуральное и по цене натурального. Между тем, если молоко изготовлено из порошка, то оно должно стоить 100 драмов, а не 400. Некоторые компании указывают на этикетках какое-то процентное соотношение. Но кто их проверяет? Не приведет ли такое экономическое преимущество к краху фермерских хозяйств?
Ценообразование у нас не приводит к конкуренции, говорят специалисты. Все закупщики предлагают одну и ту же цену. Нет ли здесь элементарного сговора?
Еще лет 10-12 тому назад в республике было всего три молочных предприятия и достаточное количество молока. Сегодня молокопром насчитывает более 50 регулярно производящих молочную продукцию заводов, и прежнего количества молока не хватает. Дефицит сырья компенсируется завозным порошком, а доходы обеспечивают высокие розничные цены и растянутые во времени сроки хранения на ряд молочных изделий. Кроме того, молокопром сам себе делает поблажки и внедряет в производство такие технические условия (ТУ), которые выгодны ему. Словом, большинство предприятий отрасли выбрало не тернистый путь. Зачем тратиться на строительство ферм и содержание племенных коров, если можно нехитрыми технологическими средствами получать достаточную прибыль? Тем более что Госслужба по пищевой безопасности редко реагирует на пренебрежительное отношение молочных предприятий к техническим нормативам.
ПРЕДСЕДАТЕЛЬ АГРАРНО-КРЕСТЬЯНСКОГО СОЮЗА ГРАЧЬЯ БЕРБЕРЯН по этому поводу заметил, что если так будет продолжаться, то ситуация может стать плачевной. Скоро на наших прилавках появится российская и белорусская молочная продукция. Наши компании не выдержат конкуренции и закроются. Ведь ЕАЭС — это не односторонний путь только для вывоза армянской продукции. Российские и белорусские производители обязательно воспользуются этой возможностью, подчеркнул защитник крестьянских интересов. Решение проблемы он видит в принятии закона о производителях сельскохозяйственной продукции.
Прав Г.Берберян, но все же не только правовое поле, но и кормовое может в значительной степени повлиять на положение дел в отрасли. Скудный рацион наших буренок не оставляет надежд на высокие надои. После хрущевского перегиба кукуруза у нас была предана забвению. Но лет 8-10 назад агрочиновники неожиданно вспомнили, что крупный рогатый скот и местный птицепром остались без кукурузного зерна. Возродился лозунг «Кукуруза – королева полей» — 53% местных кормов должно быть изготовлено из кукурузы. Однако возрождать семеноводство с нуля – дело нелегкое. Или вот другой лозунг, тоже из недавнего прошлого: «1 млн тонн молока – к 2015 году». Цели, конечно, не достигнуты.
Почему лопнул как мыльный пузырь молочный лозунг? В Минсельхозе с большим оптимизмом лет десять назад взялись за реализацию очередной программы, которая, казалось бы, хорошо продумана. Считали так: если завезем в страну достаточное количество породистых нетелей и коров со средней удойностью 29 литров молока в сутки и жирностью 4,2%, то фермер будет в состоянии уже на четвертый год закрыть банковский кредит. Подсчитали также, что, поэтапно завозя племенной молодняк (40 тыс. голов до 2010 года), к 2015 году как раз заимеем на подворье 80 тыс. голов высокопродуктивных коров, а это уже 1 млн тонн молока! Однако те, кто занимался арифметикой, не учли простого факта: стойловое содержание такого поголовья элитных коров обойдется многократно дороже. Кроме того, в их рационе должны постоянно быть силос, комбикорма, свекла, многолетние травы. Более того, попутно необходимо производить для фуража еще и 100 тыс. тонн кукурузы!. Программа лопнула окончательно, наткнувшись на мировой финансово-экономический кризис. Успели завезти в страну около 2 тыс. голов нетелей.
НА КРЕСТЬЯНСКИХ ПОДВОРЬЯХ ПРОИЗВОДИТСЯ ЛЬВИНАЯ ДОЛЯ МОЛОКА, но интересы крестьян при этом почти не учитываются. Действующая закупочная цена молока, которая впервые была установлена на уровне 160-170 драмов всего несколько лет назад, составляет примерно 70-80% себестоимости литра молока. То есть реального дохода фермер от продажи молока не получает. Но и это компромиссное соглашение находится под угрозой срыва. Хозяева молокопрома пытаются под различными предлогами снизить закупочные цены до 100-110 драмов и тем самым вернуть свои сверхдоходы. Стремление скупать молоко у фермеров по самым минимальным расценкам может довести их до банкротства, что обернется в ближайшей перспективе банкротством и самих молочных компаний, прогнозирует Г.Берберян. Поэтому молочное изобилие откладывается на неопределенный срок.
