Именно такая ситуация сложилась в Армении с высоким переделом в цветмете
В свое время я поинтересовался у президента горно-металлургической группы компаний «Валлекс» Валерия Меджлумяна, отчего армянские металлурги не двигаются по пути более высокого передела полезных ископаемых, извлекая добавленную стоимость. Ответом было: продавать руду и концентраты металлов легко – все, что производишь, забирают с руками, и между компаниями отрасли в этом плане даже отсутствует конкуренция. Но чем выше передел (переработка) и дороже продукция, тем сложнее с ее сбытом на международных рынках…
ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬ ДАЖЕ ПРЕДЛАГАЛ СВОЙ МЕДНЫЙ КОНЦЕНТРАТ ЛЮБОМУ ЖЕЛАЮЩЕМУ, который пошел бы на более глубокую его переработку и получал из него черновую или чистую медь, не говоря уже о силовых кабелях и электропроводах, радиаторах, трубах, обмотках трансформаторов и электродвигателей и другой готовой продукции из этого металла. Желающих не нашлось тогда – нет их и сегодня, а то, что есть, это многолетняя болтовня представителей властей об отказе от продажи металлических руд и концентратов и необходимости получать из них более дорогую продукцию и экспортировать уже ее.
Вспомним, к примеру, как нас годами кормили проектами создания в Армении крупного медеплавильного комплекса (смелтер) для выплавки металла из руды или золото-аффинажного завода, на котором сплав Доре будет доводиться до состояния чистого золота в слитках. Все это так и остается «сотрясением воздуха», поэтому, воспользовавшись недавней встречей с 1-м заместителем генерального директора Зангезурского медно-молибденового комбината (ЗММК) Варданом Джаняном, не мог не задать свой вопрос и ему.
И выяснилось неожиданное. К вышеуказанной проблеме добавилась новая – глобальная, которая ставит более глубокую переработку цветных металлов и получение продуктов более высоких переделов, с высокой добавленной стоимостью, на грань рентабельности.
Так, сейчас медь в концентрате, то есть непереработанная медь по сравнению с чистой (катодной) медью стоит… дороже. Тут сделаем отступление и сообщим для непосвященных, что из медного концентрата при более высоких технологических переделах последовательно получают черновую медь (сплав с содержанием меди около 98-99%), анодную медь (металл чистотой более 99,6% для электролиза), а затем катодную медь высшей чистоты (с содержание меди – 99,99%, готовой для промышленности) и сопутствующие редкие элементы.
Сегодня же получается парадокс типа «целлюлоза дороже, чем бумага», «молоко дороже масла и сыра» и т.д. Еще два года назад и раньше, когда все наши компании продавали медь в концентрате, за основу бралась цена на LME (Лондонская биржа металлов) минус дисконт, то есть расходы на получение чистой меди из меди в концентрате. Сейчас этот дисконт… положительный. К примеру, если условно цена меди на бирже $13 тысяч, то в концентрате она стоит $14 тысяч, то есть цена в концентрате дороже цены чистой меди.
ЭТО ПАРАДОКСАЛЬНО, НО ОБЪЯСНИМО, ПОТОМУ ЧТО КИТАЙ ОЧЕНЬ ЖЕСТКО СТИМУЛИРУЕТ СВОИ СМЕЛТЕРЫ (налоговые послабления, субсидии и др.), чтобы их медеплавильные заводы покупали с надбавкой весь производимый в мире концентрат. То есть, чтобы со всего мира – из Чили, Армении, Индонезии и других стран – весь концентрат шел в КНР. Даже в Европе 3 очень крупных смелтера – в Болгарии, Германии и Испании – не покупают уже несколько лет медный концентрат, потому что не могут предложить даже чуть-чуть близкую цену, какую предлагает Китай.
Таким образом, если какая-либо страна хочет организовать у себя производство чистой меди и далее выстроить дальнейшую цепочку производства, то ей нужно будет в очень крупных объемах субсидировать свои смелтеры. Это миллиарды долларов, а в случае Китая – триллионы. Никто не готов к этому, поэтому Китай продолжает деформировать конкурентный рынок, лишая другие страны стимулов для организации более высоких переделов полезных металлических ископаемых.
В случае с молибденом ситуация чуть полегче, не такая острая, но чем-то похожая, и она уже привела к тому, что ереванский завод по выпуску ферромолибдена Эй-Эм-Пи (AMP – Armenian Molybdenum Production) приостановил свою деятельность. Отсюда и хронический спад в производстве ферромолибдена. Китай деформировал все мировые металлические рынки, что выгодно для него, но не очень полезно для тех стран, которые хотят развивать у себя эти производства.
Как бы то ни было, в сентябре, по словам Вардана Джаняна, имеется намерение организовать в Армении специальное мероприятие, на котором будут обсуждаться проблемы национальной металлургии.
