Патология опухолей занимает большой удельный вес в общей патологии человека и в учении об этиопатогенезе, клинике и лечении различных форм злокачественных новообразований. Общая разновидность раков и сарком превысила 150 наименований.
В наши дни от опухолей умирает каждый пятый житель планеты. Общеизвестен факт учащения заболеваемости и смертности от злокачественных опухолей. По данным ВОЗ, ежегодно от рака умирало 5 млн человек. К 2000 году эта цифра составила 8 млн. Причем в экономически развитых странах к этому же сроку количество онкологических больных возрастает более чем в 2 раза.
ОЧЕВИДНО, ЧТО ПРОТИВОРАКОВАЯ БОРЬБА НЕ ДОЛЖНА ОГРАНИЧИВАТЬСЯ СОВЕРШЕНСТВОВАНИЕМ хирургических, лучевых и лекарственных методов лечения, которые, по существу, уже находятся на пределе своих возможностей. В этих условиях особую актуальность приобретает профилактическая онкология.
В настоящее время профилактическая онкология осуществляется двумя основными путями: санитарно-гигиеническим, включающим большой диапазон оздоровительных мер, и клиническим, предусматривающим выявление предраковых состояний. Задача эта крупномасштабная, межведомственная и долгосрочная.
Между тем необходимо отметить, что профилактические медицинские обследования имеют незначительное влияние на заболеваемость населения злокачественными новообразованиями. Отсюда вытекает необходимость как совершенствования существующих форм предупреждения злокачественных новообразований, так и изыскания новых методов патогенетической профилактики. Последнее может быть достигнуто воздействием на ключевые механизмы противоопухолевой защиты.
В годы, когда я был организатором и директором Онкологического научного центра Минздрава Армении, при помощи растровой электронной микроскопии и гистоферментохимических методов на поверхности раковых клеток нами были выявлены нитчатые образования фибрина. Оказалось, что при добавлении нативной крови в культуру опухолевых клеток происходит обильное осаждение на их поверхности нитей фибрина.
Фибрин, как известно, принимает участие в самых разнообразных общепатологических процессах, таких как воспаление, дистрофия, заживление ран, тромбообразование. Поэтому логично полагать, что покрытие раковых клеток фибрином на ранних стадиях канцерогенеза маскирует специфику клеток как живых существ, борющихся за выживание.
Идея антикоагуляционной терапии злокачественных опухолей не нова. Она направлена против тромбоэмболических осложнений, присущих опухолевому росту. Нам же представляется, что применение фибринолитических средств должно содействовать профилактике рака у лиц, склонных к его развитию. Необходимость активации фибринолитической системы крови диктуется еще и тем, что в последние десятилетия свертываемость крови у людей резко повысилась.
Другим аспектом профилактики опухолей, разрабатываемых в ОНЦ Минздрава РА, являются кейлоны. Они относятся к группе физиологически активных соединений, избирательно подавляющих возникновение и рост опухолевых клеток. Кейлоны относятся к классу тканевоспецифических ингибиторов клеточного деления.
Более 15 лет нами изучались печеночные, панкреатические, маммарные и лимфатические кейлоны как в экспериментальной онкопатологии, так и у больных раком печени, поджелудочной и грудной железы и лимфосаркомах. Изучению биохимических, морфологических, иммунологических и клинических аспектов были посвящены многолетние исследования С. Шукурян, Л. Камалян, А. Хангельдян и М. Миракяна 63-х больных раком.
По мнению академика Н.Н. Трапезникова, самого внимательного изучения достойны наши исследования по повышению противоопухолевой сопротивляемости организма при различных гистогенетических формах рака и сарком. Работая в Москве в Федеральном медико-биологическом агентстве и в Ростехнологии, я задался целью внедрить в противораковую борьбу более простые и надежные подходы к патогенетической профилактике распространенных онкозаболеваний.
Широко были использованы новейшие достижения американских и западноевропейских онкопатологов и клиницистов. Нашими многолетними медико-биологическими исследованиями был создан уникальный биопрепарат — Эмбриональный противоопухолевый модулятор (ЭПОМ), не имеющий себе равных в мировой практике. Остановимся более подробно на этом открытии чуть позже.
В КОНЦЕ ПРОШЛОГО СТОЛЕТИЯ КОНГЕЙМОМ БЫЛА ВЫДВИНУТА ТЕОРИЯ РАЗВИТИЯ ОПУХОЛЕЙ из так называемых эмбриональных зачатков. Конгейм основывался на том, что неиспользованные для построения организма эмбриональные ткани, которые выключены из соответствующих функций, обладают большей потенцией к росту, нежели ткани и клетки, выполняющие в организме человека определенные физиологические функции. Причины перехода эмбриональных зачатков в опухоль не раскрываются. Вместе с тем следует признать бесспорную возможность развития опухолей из эмбриональных зачатков. Следует также заметить, что эти зачатки во многих случаях не проявляют свойств опухолевого роста, оставаясь в дремлющем состоянии. Указанные эмбриональные зачатки состоят главным образом из незрелых паренхиматозных и соединительных тканевых клеток, способных к безудержному росту с элементами автоматизма.
Теория Конгейма не раскрывает причин зарождения эмбриональных зачатков, а также факторов, побуждающих их к опухолевому росту. Поэтому с этиологической точки зрения рассматриваемую концепцию не следует считать полноценной, в то время как основной вопрос — присутствие в организме людей сохранившихся эмбриональных зачатков из незрелых клеток — следует считать решенным положительно.
Концепция Конгейма была окончательно сформулирована в 1882 г. Впервые же эмбригенетическую теорию происхождения опухолей выдвинули Lobstein (1833) и Recaime (1829). Отметим, что еще до Конгейма к эмбриогенетической теории присоединился крупнейший ученый М.И. Пирогов. А в наши дни дисэмбриогенетическую концепцию возникновения опухолей подчеркивал автор Общей патологии человека академик АМН СССР И.Б. Давыдовский.
Мы подробно остановились на дисэмбриогенетических воззрениях возникновения опухолей несмотря на то, что, хотя она и неполноценна, но наиболее близка к природе опухолевого роста. Что же касается канцерогенов окружающей среды, диссонтогенеза, предрака, теорий мутаций, наследственности и иммунных нарушений, то все они носят исключительно фрагментарный характер и далеки от окончательного представления.
В наших суждениях о дисэмбриогенезе как о причине рака всплывает мысль о том, что помимо онкогенной эмбриональности, поддерживаемой Конгеймом, существует и нормальная эмбриональность, между которой срабатывает механизм конкурентного торможения. Это, по сути дела, чисто гипотетическое воззрение, для прояснения которого приведем общеизвестный пример из области инфекционной патологии.
Возбудителем брюшного тифа является палочка Эберта, которая помимо причинной роли может играть и лечебную роль, но в иной, вакцинальной форме. Аналогично этому вполне логично онкогенной эмбриональности Конгейма противопоставить нормальную (здоровую) эмбриональность. Но при этом встает естественный вопрос: откуда же взять эту нормальную эмбриональность?
Годами мы испытывали десятки вариантов противодействия дисэмбриональному генезу рака, вплоть до экстрактов новорожденного и иного происхождения и наконец-то пришли к окончательному выводу, из каких источников готовить лекарство против злокачественных опухолей.
ПО СОГЛАСОВАНИЮ С АКАДЕМИЧЕСКИМИ, МИНЗДРАВОВСКИМИ И ИНЫМИ СТРУКТУРАМИ РОССИИ, мы решили исходный материал приготовления лекарства от рака не указывать. Причиной тому является нездоровый корпоративный интерес зарубежных фирм, стремящихся получить эффективное лекарственное средство против злокачественных новообразований.
Им оказался отмеченный выше Эмбриональный противоопухолевый модулятор (ЭПОМ). Многолетними исследованиями установлено его лечебное действие при различных формах злокачественных новообразований. Кроме того, ЭПОМ оказался совершенно нетоксичным и показанным при различных предраковых состояниях: фиброзно-кистозной мастопатии, аденоме простаты, полипах толстого кишечника и многих других факультативных и облигатных предраковых состояниях.
Поэтому ЭПОМ со временем может быть признан универсальной противоопухолевой вакциной. Таково мнение отечественных и зарубежных онкологов, которые в последние годы интенсивно работают над созданием прививки от рака с использованием антигенов, выделенных из опухолевых тканей и вирусных препаратов.
Но наиболее существенным является противорецидивное влияние ЭПОМ. При хирургическом лечении опухолей, произведенном недостаточно полно, оставшиеся гнездаопухолевые ткани продолжают расти. Возникает рецидив опухоли. Он может наступить быстро, в первые недели после операции, но чаще наступает через несколько лет. Например, при раке молочной железы рецидивы иногда наступают через 10-20 лет. Многолетиями как нашими, так и московскими онкологами установлено противорецидивное влияние ЭПОМ.
В заключение отметим, что Росздравнадзор вынес разрешение на применение ЭПОМ в онкологической практике. Имеется и патент РФ на эмбриональный противоопухолевый модулятор.
Конгресс США выдал Мкртчяну «Золотой диск», а Великобритания — «Золотую звезду». Евросоюз отметил инвестиции в онкологию двумя орденами.
Левон МКРТЧЯН, проф., член Российской АМН, Международной академии медицины PANEL
16 марта 2026 г.
Министерство здравоохранения Российской Федерации
info@minzdrav.gov.ru
