После парламентских выборов в Венгрии 12 апреля, на которых партия многолетнего премьер-министра Виктора Орбана потерпела поражение, в стране формально начинается новая политическая эпоха. Однако, как отмечает в своей статье под заголовком «Действительно ли новый лидер Венгрии изменит политику ЕС в отношении России и Украины?» сотрудник Carnegie Russia Eurasia Center Максим Саморуков, ожидания радикального разворота во внешней политике Будапешта могут оказаться завышенными.
Победившая оппозиционная партия «Тиса» во главе с Петером Мадьяром действительно воспринимается в Европе как потенциальный сигнал отхода Венгрии от наиболее пророссийской линии внутри ЕС. Однако, по оценке автора, структурные ограничения венгерской политики и экономики делают быстрые изменения маловероятными.
Россия как «неизбежный фактор»
Ключевой тезис статьи заключается в том, что зависимость Венгрии от России носит не ситуативный, а исторически устойчивый характер. Саморуков подчёркивает: «Венгрия была зависима от России в вопросах энергетики задолго до Орбана». Даже в советский период, отмечает автор, венгерская экономика была тесно связана с поставками нефти и газа из СССР — больше, чем у многих других стран социалистического блока.
Попытки диверсификации после 1990-х, по его словам, «дали лишь частичный результат», а рост цен на энергоносители в 2000-х снова усилил зависимость от Москвы.
Особое место в этой системе занимают крупные энергетические проекты, включая атомную станцию «Пакш», финансируемую при участии российских кредитов, а также поставки нефти и газа через трубопроводы «Дружба» и «Турецкий поток».
Политика без резких разрывов
Несмотря на смену власти, новый лидер, по мнению Саморукова, не имеет реальных возможностей для резкого разворота. Он подчёркивает, что даже сам Мадьяр до выборов не обещал немедленного разрыва с Москвой, ограничиваясь формулировкой о «постепенном снижении зависимости к середине 2030-х годов».
При этом автор указывает на расхождение между такими планами и требованиями ЕС, где обсуждается более жёсткий горизонт — отказ от российских энергоресурсов уже к концу 2027 года. Фактически, подчёркивается в тексте, Венгрия оказывается между внутренними экономическими реалиями и внешнеполитическим давлением Брюсселя.
Орбан как «персонализированный громоотвод»
Отдельное внимание автор уделяет фигуре Орбана. Его жёсткая позиция по Украине часто воспринималась как исключительная внутри ЕС, однако Саморуков предлагает иной взгляд: Орбан «просто был готов использовать своё вето, чтобы принять на себя весь негатив». Иными словами, речь идёт не об уникальной политической позиции Венгрии, а о персонализации конфликта, которая скрывала более широкие сомнения внутри ЕС по поводу поддержки Украины.
Что касается новой власти, то по словам автора публикации, даже внутри страны она сталкивается с институциональными барьерами. Значительная часть ключевых должностей — от судебной системы до прокуратуры и медиа — остаётся под контролем кадров прежней правящей партии. Как подчёркивает автор, попытка масштабной чистки системы была бы «практически невозможной без риска дестабилизации государственного аппарата». Поэтому «Тиса», по оценке Саморукова, будет вынуждена выбирать между косметическими изменениями и длительным политическим конфликтом с прежней элитой.
Украина и расколы внутри ЕС
Отдельный блок анализа посвящён позиции Венгрии по Украине. Несмотря на ожидания более мягкого курса, «Тиса» сохраняет ряд осторожных или критических установок: поддержка идеи референдума о вступлении Украины в ЕС, скепсис по поводу военной помощи и акцент на правах венгерского меньшинства. Автор отмечает, что подобные настроения не являются уникальными для Венгрии. Он пишет, что в странах Восточной Европы — от Польши до Болгарии — Украина всё чаще воспринимается как конкурент в борьбе за европейские ресурсы и рынки.
В заключение Саморуков делает более широкий вывод: смена политического лидера в одной стране не способна радикально изменить общую динамику ЕС. «Было бы наивно полагать, что замена одного лидера небольшой европейской страны может фундаментально изменить ситуацию».
На фоне энергетического кризиса, внутренней фрагментации ЕС, напряжённости с США и глобальных конфликтов, поддержка Украины и давление на Россию становятся всё более сложными задачами вне зависимости от персонального состава правительств.
