В интервью «ГА» генеральный директор НИИ «Арматом» доктор технических наук, профессор Ваграм ПЕТРОСЯН говорит о деятельности и проблемах этого института.
— Г-н Петросян, время от времени возникают разговоры о закрытии Армянской АЭС, такая информация проходила и в СМИ, что, естественно, не может не вызывать беспокойства, поскольку мы прекрасно помним 90-е годы, прожитые при остром дефиците электроэнергии. Есть ли серьезные основания для таких разговоров?
— Я с такой информацией не знаком и считаю ее необоснованной. Сейчас мы продлеваем срок службы действующего энергоблока АЭС до 2036 года, поскольку срок его работы истекает 1 сентября текущего года. Предполагается, что этот энергоблок будет работать еще как минимум 10 лет, поэтому разговоры о закрытии Армянской АЭС я считаю абсолютно беспочвенными.
— А это правда, что США собираются строить новую АЭС в Армении?
— Такого рода предложения поступали от разных стран – США, России, Кореи, Китая, Франции. Америка имеет ядерные технологии, которые может нам передать, но это еще не значит, что эта страна будет строить у нас АЭС. Все это пока только лишь возможные варианты, которые будут рассматриваться, а какому из них отдать предпочтение, будет решать правительство Армении. Без подписания обосновывающих это решение документов ни одна страна не может начать у нас строительство атомной станции.
— Как вы считаете, можно ли обеспечить энергетическую безопасность Армении без АЭС?
— Думаю, нет, по крайней мере, на ближайшее время. Правда, сейчас строится и уже используется много солнечных станций, но АЭС продолжает оставаться самым надежным и мощным источником электроэнергии, поскольку современные технологии пока не могут полностью решить вопрос аккумуляции полученной энергии, требуют решения и другие технологические проблемы. Я не специалист в области солнечной энергетики, но могу с уверенностью сказать, что альтернативные источники пока не могут покрыть потребности в электроэнергии в темное время суток. Поэтому для обеспечения энергетической безопасности Армении необходимо иметь АЭС средней мощностью приблизительно 600 мегаватт.
— Если срок работы действующего блока продлен еще на десять лет, то, по-видимому, были приняты какие-то меры по обеспечению его работоспособности и безопасности? Какую роль в этих процессах играл ваш институт?
— Разумеется, перед тем, как принять решение о продлении срока эксплуатации действующего второго энергоблока был выполнен большой объем работ. Проведена модификация второго блока. После повторного пуска в нашем институте было разработано и внедрено 16 систем, обеспечивающих безопасность его работы. Энергоблок к продлению срока службы готов. Однако вопрос безопасности всегда остается актуальным для любой атомной станции. При всех своих преимуществах атомная энергетика требует особого внимания к этому вопросу, готовности к предупреждению аварийных ситуаций и грамотного поведения в случае их возникновения. Сейчас мы разрабатываем инструкцию по управлению тяжелой аварией. На всякий случай надо быть готовыми к любым сценариям. А это очень серьезная работа. Готовится отчет, в котором дается обоснование безопасности второго блока. В прошлом году мы сдали в эксплуатацию полномасштабный тренажер для подготовки и переподготовки оперативного персонала Армянской АЭС. Прежде такого тренажера мы не имели. Это армяно-американский проект. Уже подготовлено сопровождение этого тренажера.
— Вся территория Армении находится в сейсмоактивной зоне. Как учитывается этот фактор в работе АЭС?
— Нами были разработаны и внедрены цифровые системы индустриальной антисейсмической защиты высокой точности. В прошлом году нашим институтом была разработана и внедрена на Армянской АЭС система сейсмического мониторинга, которая за прошедший период зарегистрировала множество слабых толчков. Сейсмическая ситуация полностью контролируется.
— Ваш институт имеет достаточно широкую сеть сотрудничества, расскажите, пожалуйста, об этих контактах.
— Мы активно поддерживаем профессиональные связи с США, Россией, Францией, разумеется, с МАГАТЭ. Благодаря сотрудничеству с Россией три года назад был произведен отжиг корпуса реактора, что позволило продлить срок его эксплуатации до 2039 года. Это специальная технология, при которой при повышении температуры внутри реактора до 475 градусов происходит восстановление металла. Сейчас в рамках сотрудничества с США мы открываем новую лабораторию по диагностике состояния металла. Американская сторона предоставит нам новое оборудование и обеспечит подготовку молодых специалистов. Мы сможем выполнять заказы на диагностику состояния металла не только для атомных станций, но и других предприятий, в частности, тепловых станций и других промышленных объектов.
— Несколько лет назад в своем интервью нашей газете вы говорили, что закрепленные законом правила получения заказов препятствуют их выполнению вашим институтом. Вам удалось решить эту проблему?
— К сожалению, нет. Мы неоднократно обращались в разные инстанции, но не нашли понимания и поддержки. Дело в том, что в нашем институте работают специалисты высокой квалификации, которые могли бы успешно выполнять заказы разных организаций как из Армении, так и из других стран, что существенно улучшило бы финансовое положение нашего института. Но, согласно действующему закону, потенциальный заказчик должен объявить тендер, который, как и следует ожидать, выигрывает не самый компетентный исполнитель, имеющий опыт выполнения такого рода работ, а тот, который возьмется выполнить заказ по наиболее низкой цене. При этом исполнитель заказа должен обеспечить банковские гарантии, что является непосильной финансовой нагрузкой для нашего института. И еще одно важное обстоятельство – в тендере может участвовать любая организация, даже не имеющая никакого отношения к профессиональной области выполнения заказа. Главное требование – обеспечение банковских гарантий.
— И что же происходит после получения тендера? Неужели заказы, в том числе и для атомных станций, берутся выполнять организации, не компетентные в этой области?
— Разумеется, этого не происходит. Ни одна АЭС не примет заказ, выполненный непрофессионально. Проблемы глобального масштаба никому не нужны. Выигравшая тендер организация не берется сама выполнять заказ, она находит исполнителя и передает ему этот заказ на выгодных для себя условиях, оставив себе часть его стоимости. Вот такой простой и прибыльный бизнес. А поскольку, несмотря на профессионализм и высокий уровень ответственности, зарплата сотрудников нашего института невелика, то мы вынуждены браться за выполнение этой работы. Не надо пытаться искать логику в этой системе, она отсутствует.
Однако, не понятно, кому это выгодно? Закон при этом не нарушается, с формальной точки зрения, все в порядке, но специалисты высокой квалификации вынуждены выполнять сложную и ответственную работу за мизерную оплату, в то время как организации, которые всего лишь могут обеспечить банковские гарантии оказываются в выгодном положении и не понятно, за что, получают прибыль. Ситуацию, при которой институт лишается законных доходов, а в самом уязвимом положении оказываются те, кто выполняет квалифицированную работу, трудно назвать нормальной.
От нас уходят молодые специалисты. Их тоже можно понять, они недовольны зарплатой. У сотрудников института отсутствует мотивация к профессиональному росту. Трудно предположить, что в этих условиях институт, который технически поддерживает работу атомной станции, может нормально развиваться. Очень странная ситуация! Ведь мы – единственная в Армении государственная организация в области атомной энергетики. Собственником Армянской АЭС и Института «Арматом» является Республика Армения. Надо создать условия для прямых заказов институту. Атомная энергетика – особая область, Институт «Арматом» – единственная организация нашей страны, которая создана для решения научно-технических вопросов Армянской АЭС, она нуждается в повышенном внимании и поддержке.
