Дональд Трамп утверждает, что в совершенстве владеет «искусством заключать сделки», но сейчас он преподнес нам мастер-класс по переговорной некомпетентности. Трамп же отбросил все эти усилия назад. Его кабинет сикофантов практически не оказал сопротивления, когда президент наивно решил сначала бомбить, а уже потом столкнулся с реальностью, пишет Guardian.
Сейчас Трамп изучает и дорабатывает проект меморандума о взаимопонимании (МОВ), составленный американскими и иранскими дипломатами при содействии Пакистана и Катара. Документ предусматривает продление текущего режима прекращения огня на 60 дней, пока ведутся переговоры о более постоянном мирном соглашении. Точные контуры этого предварительного соглашения неизвестны, но его суть ясна – и это глубокое позорище для Трампа. Его неспровоцированная «война по выбору» не достигла абсолютно ничего. Срочно необходим новый подход.
Лучший способ оценить всю сложность положения Трампа – сравнить его с тем, чего можно было бы добиться при менее воинственном подходе. Трамп заявляет, что хочет лишить Иран ядерного оружия, однако Тегеран неоднократно публично отказывался от этой цели. Скорее, реальный вопрос – учитывая широкое недоверие к клерикальным лидерам Ирана – заключается в том, как запретить им получить средства для создания бомбы.
Именно это и сделала сделка Барака Обамы с иранцами в 2015 году. Совместный всеобъемлющий план действий (СВПД) ограничил их ядерную программу и ввел жесткие международные инспекции. В нем содержались пункты об истечении срока действия ограничений, но их можно было продлить последующим соглашением. Тем не менее Трамп вышел из этого договора в 2018 году, пообещав заставить Иран пойти на «лучшую сделку». Это не сработало.
Теперь Трамп вернулся к разбитому корыту. Он снова пытается убедить Иран ограничить программу обогащения и экспортировать или разбавить свой обогащенный уран – иными словами, сделать то, на что Тегеран уже соглашался при Обаме. Это было предметом переговоров в феврале текущего года, но Трамп резко прекратил их, сделав выбор в пользу войны.
Трамп надеялся сломить Иран бомбардировками и санкциями. По настоянию премьер-министра Израиля Биньямина Нетаньяху американские и израильские бомбардировщики попытались «обезглавить» режим, надеясь на появление более уступчивого преемника или даже на народное восстание. В какой-то момент Трамп дошел до такой гордыни, что потребовал «безоговорочной капитуляции».
Но убийство иранских лидеров, включая бывшего верховного лидера аятоллу Али Хаменеи, лишь укрепило власть радикалов, связанных с Корпусом стражей исламской революции (КСИР).
У Трампа не было плана «Б». Он утверждал, что уничтожил ракетный и дроновый потенциал Ирана. Вместо этого он существенно истощил запасы оружия США, оставив большую часть иранского арсенала нетронутой, а его способность сеять хаос – значительной.
Трамп также превратил Ормузский пролив из теоретического оружия в реальное, которое, пожалуй, мощнее ядерной бомбы, поскольку его проще применить. Учитывая, что до войны через пролив проходила одна пятая часть мировых поставок нефти и сжиженного природного газа (а также удобрения, сера и гелий), экономические последствия закрытия пролива имеют долгосрочный характер. Иран усугубил эффект, нанеся удары по нефтегазовым объектам арабских государств Персидского залива.
Иранцы прижали Трампа к стене. Он делает вид, будто его не волнуют ноябрьские промежуточные выборы, но все видят: растущая стоимость бензина и инфляционное давление означают, что, несмотря на все манипуляции с границами избирательных округов, республиканцы, скорее всего, потерпят сокрушительное поражение.
Поэтому Трамп зациклен на открытии пролива, чтобы возобновить поставки нефти и газа. Между тем, он откладывает ключевые ядерные вопросы – хотя именно они были предлогом для этой контрпродуктивной войны. Согласно сообщениям, в проекте меморандума Иран снова заявит об отсутствии намерения создавать ядерную бомбу, но ключевой вопрос – лишение его средств для этого (ограничение обогащения и нейтрализация высокообогащенного урана) – будет отложен для последующего обсуждения.
Другие вопросы, которые Трамп называл причинами для войны, такие как программа создания баллистических ракет Ирана и его поддержка региональных вооруженных группировок, судя по всему, в предлагаемом предварительном соглашении вообще отсутствуют. Иными словами, МОВ лишь вернет нас к февральскому статус-кво, когда Ормузский пролив еще даже не был задействован. Кампания бомбардировок Трампа и Нетаньяху оказалась напрасной.
Более того, позиции американских переговорщиков сейчас ухудшились. Зная, что Трамп отчаянно пытается вернуть поток нефти, Тегеран повысил ставки. Демонстрируя недоверие к Трампу, иранцы, как сообщается, требуют разморозить их активы и снять хотя бы часть санкций еще до начала ядерных переговоров. Также говорят, что они добиваются создания «инвестиционного фонда» для помощи в послевоенном восстановлении – причем в объемах, гораздо больших, чем те, за которые Трамп яростно критиковал Обаму. Трамп может попытаться завуалировать этот вопрос, позволив Катару передать средства вместо США.
МОВ, скорее всего, потребует, чтобы проход через пролив оставался «неограниченным» на время переговоров, и Трамп зашел так далеко, что пригрозил разбомбить Оман (союзника США), если тот присоединится к Ирану для контроля над проливом. Таким образом, Иран, вероятно, будет вынужден отказаться от введения «пошлин», но может поиграть с суррогатами вроде «экологического сбора». Ничего из этого не было на повестке дня в феврале, до начала войны Трампа.
Тегеран также настаивает на том, чтобы новое 60-дневное прекращение огня распространялось на военные операции Израиля в Ливане. Это требование вполне понятно, поскольку под предлогом борьбы с «Хезболлой» (союзником Ирана) Израиль вынудил 1 миллион человек покинуть свои дома на юге Ливана – а это пятая часть населения страны. Как только информация о возможном МОВ стала публичной, Израиль усилил атаки в Ливане и впервые за два десятилетия продвинулся к северу от реки Литани.
Как и в Газе, Израиль соблюдал даже текущее прекращение огня лишь формально, периодически сбрасывая бомбы и превращая деревни на юге Ливана в руины. Нетаньяху также заявил Трампу, что оставляет за собой право реагировать на «угрозы» в Ливане – эту формулу израильские войска в Газе уже использовали для продолжения убийств палестинцев. Как и в Газе, Израиль, скорее всего, будет настаивать на том, чтобы прекращение огня не включало вывод войск с обширных территорий Ливана, которые он сейчас оккупирует.
Из этого краха необходимо извлечь уроки. Трамп должен окончательно отвергнуть стремление Нетаньяху к бесконечному вооруженному конфликту. Если у ультраправого правительства Израиля и есть долгосрочная стратегия, то она заключается в том, чтобы избегать переговоров ради войны: бомбить и бомбить, а когда другая сторона придет в себя – бомбить еще немного. «Стрижка газона» – вот как называют этот циничный подход.
Трамп, который гордится тем, что умеет договариваться, должен сделать приоритетом переговоры и прекратить бряцание оружием – вроде его явно незаконной (и едва завуалированной ядерной) угрозы уничтожить иранскую цивилизацию. Хотя переговорщики неизбежно используют кнут и пряник, Трамп должен сделать военную силу крайним средством, применимым только в узких рамках, дозволенных Уставом ООН. Это правильный путь не только с точки зрения международного права, но и с точки зрения военной практики. Ведь сейчас иранские военные, оснащенные лишь беспилотниками, морскими минами и быстроходными катерами, доказали свою способность наносить колоссальный ущерб мощнейшей стране мира, не говоря уже о глобальной экономике.
Иранские чиновники известны как жесткие переговорщики, но у Трампа достаточно рычагов влияния и без развязывания очередной агрессивной войны. Располагая замороженными активами Ирана и множеством введенных против страны санкций, Трамп может вести постепенный взаимовыгодный диалог, способный привести к приемлемому решению.
Что касается того, каким должно быть это решение, фокус должен вернуться туда, откуда всё начиналось – на лишение Ирана средств для получения ядерного оружия. Для этого нужно перестать настаивать на заведомо невыполнимом требовании, чтобы Иран отказался от возможности обогащать уран до скромных уровней, что разрешено всем остальным правительствам в рамках Договора о нераспространении ядерного оружия.
Напротив, сочетание умеренного обогащения с навязчивыми международными инспекциями должно быть достаточным для предотвращения секретной разработки бомбы. Трампу также, возможно, придется принять креативные решения для нейтрализации запасов высокообогащенного урана в Иране – некую комбинацию разбавления, мониторинга и экспорта, – как он сам и предполагал.
Самое главное, вопреки своим склонностям, Трамп должен хотя бы раз поставить интересы страны (и мира) выше собственных. Способность Трампа отрицать факты и перекручивать реальность впечатляет, но даже ему будет трудно преподнести этот провал как победу. И Тегеран может не дать ему возможности сохранить лицо. Мы должны настаивать на том, чтобы он в любом случае пошел на сделку, даже если она выставит «Мастера заключения сделок» абсолютным профаном.
News.am
