Премьера
Национальный академический театр оперы и балета им. А. Спендиарова представил публике очередную премьеру – новую постановку оперы «Паяцы» Руджеро Леонкавалло. Она осуществлена по либретто самого композитора. Это его лучшая и наиболее популярная опера. Превосходное знание законов сцены и драматический талант, умение использовать наиболее выгодные оперные приемы обеспечили успех «Паяцев». Не случайно опера до сих пор украшает афиши многих оперных театров мира.
Символично, что первая постановка «Паяцев» на ереванской сцене состоялась в 1934 году, на второй год после создания театра. Режиссер-постановщик А. Бурджалян, сценограф – знаменитый художник Михаил Арутчьян. Вторая постановка была осуществлена режиссером Н. И. Волчек в годы Великой Отечественной войны. Позже были еще две постановки, автором которых был Тигран Левонян (1976 г., 1986 г.). Дирижер – Ю. Давтян, художники Генрих и Роберт Элибекяны.
ЕСТЕСТВЕННО, КАЖДОЕ ПОКОЛЕНИЕ, ВГЛЯДЫВАЯСЬ В ВЕЛИКИЕ ТВОРЕНИЯ, ИЩЕТ И НАХОДИТ В НИХ также и образ своего времени, и в истолковании их проявляет свое отношение к той или иной эпохе, социальному конфликту, личности героя, к самой жизни. Путь интерпретации шедевра как путь познания бесконечен, а идеальной интерпретации, как абсолютной истины, вероятно, не существует.
Созданная Леонкавалло галерея ярких, психологически многозначных музыкально-сценических образов, наделенных необычной судьбой, сильными страстями, ярким человеческим темпераментом, действующих на грани жизни и смерти, дает возможность исполнителям с наибольшей полнотой раскрыть свое вокальное и сценическое мастерство. В этой опере есть все, что делает ее притягательной: прекрасная музыка, драматизм, волнующие своей глубиной и нетривиальностью яркие образы. Поэтому традиционный вопрос, чем привлекают «Паяцы», представляется неуместным.
Постановка потребовала плодотворной работы всех, занятых в спектакле, и прежде всего музыкального руководителя, дирижера-постановщика Карена Дургаряна, без которого трудно представить тот художественный результат, свидетелями которого мы оказались. Опытный темпераментный дирижер передал размах и красочность оперы. Оркестр под управлением К. Дургаряна — драматургически активный, подлинный интерпретатор — почти никогда не сходит до сопровождающей функции и по преимуществу выполняет роль лидера. Все инструментальные эпизоды оперы – от прозвучавшего вступления, Пролога до трагического финала – исполнены с подлинным подъемом.
Не менее впечатляющим оказалось сопровождение развернутых монологов и диалогов, где оркестр при плотности инструментов с обилием меди не заглушает солистов и ему удается в полной мере донести все линии музыки, раскрыть лирико-драматическую проникновенность инструментальной ткани. Прельщают слух стройность и отточенность звуковедения: дирижер словно играет фактурой. Невольно вспоминаются слова Родиона Щедрина: «…для оперы температура ощущений должна быть, скажем, 39,9°». Именно это ощущение было на премьере «Паяцев». Острота драматической ситуации была сверхнапряженной и подходящей для разогрева воображения действующих лиц, которые были поданы дирижерам и оркестром очень бережно и чутко.
Спектакль отмечен также интересными творческими поисками режиссера-постановщика (он же и художник по свету) Марио Акампа (Италия) и сценографа Элеоноры Перонетти. Спектакль выстроен лаконично, но тем сильнее воздействие режиссерских находок в нем. Все, что находилось, как говорится, за семью печатями, оказалось открытым, абсолютно доступным восприятию зрительного зала. Произошло это потому, что создателями найден верный ключ к прочтению оперы. При этом никаких упрощений, облегченных вариантов или чего-либо подобного. Авторы спектакля сумели выстроить развитие действия в строгом соответствии с первоисточником.
ВНЕШНИЙ АСКЕТИЗМ ОБЩЕГО РЕЖИССЕРСКОГО РИСУНКА В СОЧЕТАНИИ С ХАРАКТЕРНОЙ ДЛЯ СЕГОДНЯШНИХ ТЕАТРОВ внутренней проработкой и полной самоотдачей исполнителей производят огромное впечатление.
Очевидна тщательная работа с хором театра талантливого хормейстера Наринэ Восканян. Хор – один из активных участников сквозного развития действия. Впечатлил также и занятый в спектакле детский хор Эммы Аракелян.
В партитуре Леонкавалло заложены все основания для создания глубокого современного спектакля с его стремительностью действия, взрывчатостью конфликтов. Именно острота конфликтов оперы определила пульс спектакля, его темпоритм. Еще одна особенность спектакля – сквозное развитие действия, а не законченность отдельных номеров.
Сохранив неизменным либретто Леонкавалло, время и место действия переносятся из века девятнадцатого в век двадцатый, в нашу современность. Место действия – телевидение, студии Лос-Анджелеса, где готовятся к последнему, прямому эфиру вечернего телешоу «Паяцы», главным героем которого является уже знаменитая труппа. И стилистически романтическая опера органично использует прием спектакля в спектакле, где сюжет повторяет или углубляет основной конфликт.
Драматическая основа оперы неизмеримо выиграла от этого в своей социальной остроте, а музыка Р. Леонкавалло в спектакле ничуть не пострадала. Свою главную задачу авторы новой постановки увидели в том, чтобы, сохраняя аромат первоисточника, не поступиться ни одной нотой партитуры композитора. Музыкальная сторона спектакля находится в полном соответствии со сценической; при этом все грани музыки оказались ярко раскрытыми.
На сцене появляются подлинные герои оперы, оживает мир клоунов, бродячих комедиантов, нелепых на сцене, любящих, страстных, но так похожих на обыкновенных людей. Причем в основе сюжета – подлинное происшествие, свидетелем которого был сам композитор в раннем детстве: ревнивый актер странствующей труппы во время представления убил неверную жену и ее любовника. Происшествие оставило глубокий след в сознании будущего композитора. В то же время исходная ситуация (вторжение жизни в спектакль) построена в излюбленной в литературе XIX века схеме.
За исключением Беппо, все исполнители, участвующие в спектакле, наделены сильными чувствами, дерзкими мыслями, порывистыми, чисто человеческими страстями. Канио, хозяин труппы (в комедии – Паяц) – тенор Тигран Акопян. Недда (Коломбина) – сопрано Джулиана Григорян. Тонио (клоун Таддео) – баритон Ованнес Григорян. Беппо (Арлекин) – Роман Хнкоян. Сильвио (любовник Недды) – Гурген Бавеян.
ПОДЛИННОЙ УДАЧЕЙ БЫЛО УЧАСТИЕ В СПЕКТАКЛЕ ШИРОКО ИЗВЕСТНОЙ И ВОСТРЕБОВАННОЙ многими западными сценами Джулианы Григорян в роли Недды. Ощущение, что она создана для этой роли. Обладает не только замечательным вокалом, но и прекрасными актерскими данными. Ее вызывающие манеры, притягательность совершенно безгрешны. Красивый голос, темпераментное лирико-драматическое звучание, вдохновенный порыв, свежесть и оригинальность трактовки, необычайное обаяние и “контактность” – вот что определяет творческое лицо певицы. И еще – абсолютная подчиненность музыке, ее вдохновенное переживание. Эти качества обеспечивают ей полный успех. Хотя, согласно автору оперы, главный герой — Канио, однако ереванский спектакль именно ей отводит пальму первенства.
В партии Канио выступил молодой солист театра Тигран Акопян. В принципе он – музыкально драматический стержень емкой двухактной оперной трагедии. В этой партии немало внезапных переходов, призванных передать крайние душевные состояния, необычную остроту переживаний, безысходный трагизм героя. От артиста в этой партии требуется особая бережность, такт, большая певческая и актерская работа. В какой-то мере певец это продемонстрировал. Он глубоко искренен в характеристике своего героя – хозяина труппы, очень авторитарного и в то же время ревнивого мужа. И все же ощущается, что актеру недостает «нерва», подлинной боли на «разрыв аорты».
Кто знает, каковы были конкретные побуждения творца, что болело, взывало к чувству и разуму? Возможно ли воссоздать этот процесс детально, полностью? Вряд ли. Как и в жизни, здесь не пройдешь пройденного. Только какие-то вехи, черты.
Очень убедителен в партии Тонио (Таддео) баритон Ованнес Григорян. Влюбленный в Недду, он думает только о ней и страстно желает завоевать ее. Но Недда смеется над ним; схватив хлыст, она злобно бьет его по лицу. Теперь у него осталось единственное чувство – мести. И он ее осуществляет, приблизив тяжелую развязку. Заявка на воплощение образа в целом была предъявлена неплохо. Он хорошо справился и с Прологом в начале спектакля.
Запомнился Гурген Бавеян в роли Сильвио. Его отличает высокий профессионализм и подлинная сценическая культура. В роли Беппо (Арлекино) выступал Роман Хнкоян.
Очень удачными оказались костюмы, созданные по эскизам Киары Амалтеа Чиарели, осуществленные «Gabajyan» Fashion hause «Marina Fashion» Studio.
Спектакль «Паяцы» отмечен активным, интересным творческим поиском, единомыслием дирижера, режиссера, художника, артистов, и нет сомнения, что его ждет интересная сценическая жизнь. Думается, достойный уровень спектакля позволит его участникам иметь успех и во время гастролей.
