Война против Ирана, приближающаяся ко второму месяцу, всё больше напоминает не ограниченную военную операцию, а конфликт, последствия которого могут выйти далеко за пределы региона. На этом фоне растёт поток утечек и публичных сомнений со стороны представителей разведывательных кругов США и Израиля: всё больше людей внутри системы не скрывают несогласия с самим замыслом войны.
КАК ОТМЕЧАЕТ АВТОР MIDDLEEASTEYEДЭВИД ХЕРСТ В СВОЕЙ СТАТЬЕ под заголовком «Oops, we have wrecked another country», новые детали о решении атаковать Иран указывают на то, что переговорный процесс — обсуждения в Маскате и Женеве — был второстепенным фактором и в феврале, и сейчас. Одновременно с заявлениями Дональда Трампа о «контактах» с Тегераном, которые в Иране назвали «фейковыми новостями», данные о перелётах свидетельствуют о переброске американских войск в Израиль и Иорданию — что может говорить о подготовке к следующей фазе войны, включая возможное наземное наступление.
Ложное досье как повод для войны
Ключевым моментом, по данным автора, стало разведывательное досье, которое оказалось полностью ложным. Оно было подготовлено главой «Моссада» Давидом Барнеа и представлено премьер-министру Израиля Биньямину Нетаньяху. В документе утверждалось, что израильская агентурная сеть в Иране настолько глубока, что сможет «запустить» внутренний переворот после начала воздушной кампании.
Именно это обещание стало центральным аргументом Нетаньяху в разговоре с Трампом: Исламская Республика якобы находится в состоянии крайней слабости, и ей нужен лишь «последний толчок», чтобы рухнуть.
Однако реальность разрушила этот сценарий практически мгновенно. Уже в течение часа после первых ударов Иран начал ответный огонь — и не прекращает его.
Асимметричный ответ Ирана и расширение конфликта
По оценке автора, Иран реализовал стратегию асимметричной войны: он атакует Израиль и американские базы, наносит удары по нефтяным объектам и танкерам, а также добился фактической блокады Ормузского пролива, через который проходит около пятой части мировой торговли нефтью и газом.
Несмотря на тяжёлые потери, включая разрушения инфраструктуры, удар по командным пунктам КСИР, утрату флота и части систем ПВО, Иран сохраняет способность вести боевые действия. На четвёртой неделе войны интенсивность ракетных и беспилотных атак остаётся высокой, что ставит под сомнение заявления о скором истощении ресурсов Тегерана.
«Это Ирак 2003 года, только хуже»
Для того чтобы понять, куда может привести нынешняя война, Дэвид Херст обращается к фигуре, которая хорошо помнит механизм оправдания военных кампаний Запада: бывшему главе МАГАТЭ Мохаммеду эль-Барадеи. Эль-Барадеи руководил Международным агентством по атомной энергии три срока подряд и был одним из тех, кто находился в центре событий перед вторжением в Ирак в 2003 году, когда западные разведслужбы продвигали тезис о наличии у Саддама Хусейна оружия массового уничтожения.
По словам эль-Барадеи, он и главный инспектор ООН Ханс Бликс тогда столкнулись с масштабной дезинформацией: «Мы были на месте и не видели никакой ядерной, химической или биологической программы в Ираке. И всё же администрация Буша продолжала устраивать эффектные брифинги в Совете Безопасности». Он подчёркивает, что война уничтожила страну и привела к массовым жертвам среди мирного населения: «Они пошли на войну, разрушили страну. Сотни тысяч невинных гражданских погибли… а потом они сказали: “упс, там ничего не было”».
На этом фоне заявления Трампа о том, что Иран «в двух неделях от ядерного оружия», вызывают у него тревогу: «Меня это угнетает… потому что я знаю, что это значит: невинные гражданские будут умирать».
МАГАТЭ, Иран и паралич Совбеза ООН
Интересно, что эль-Барадеи в беседе с автором статьи поддержал нынешнего главу МАГАТЭ Рафаэля Гросси, который допускал, что Иран способен восстановить обогащение урана в течение нескольких месяцев. Это противоречит версии Трампа о том, что иранские ядерные объекты были уничтожены полностью.
Эль-Барадеи отмечает, что проблема не в МАГАТЭ, а в политической деградации международных институтов: «Это не МАГАТЭ теряет беспристрастность; Совет Безопасности полностью парализован».
Запад подрывает систему, которую сам создал
Главный тезис эль-Барадеи, по словам Херста, заключается в том, что речь идёт уже не о повторении истории, а о её усилении. В 2003 году администрация Буша хотя бы пыталась обосновать войну ссылками на международное право. Сегодня, утверждает Херст, Дональд Трамп даже не делает вид, что соблюдает нормы международной легитимности. В статье звучит мысль: США больше не ограничиваются попытками «сломать и переделать» отдельные страны. Теперь задача шире — передел целого региона. Для этого отбрасываются прежние нормы, включая право и международные институты.
Эль-Барадеи, проживший значительную часть жизни на Западе, признаётся, что вера в западную модель сильно подорвана. Особенно на фоне поддержки Израиля европейскими странами даже после решений международных судов по Газе.
Он подчёркивает, что страны Глобального Юга воспринимают происходящее как окончательное разоблачение Запада: «Они говорят: западный трансатлантический альянс… обманул нас. Теперь нам нужно самим заботиться о безопасности, развитии и ценностях. Это хорошо для мира? Абсолютно нет».
Будущие последствия: Европа становится незначимой
Херст завершает материал предупреждением: разрушая международное право, Запад сам создаёт мир, где завтра эти же методы будут применены против него. Европа, по мнению автора, уже показала свою беспомощность и политическую незначимость – сначала в ситуации с Газой, затем с Ливаном, теперь с Ираном.
В статье звучит риторический вопрос, адресованный прежде всего европейцам: к кому они обратятся, когда их противники начнут действовать по тем же правилам, которые Запад допускает сегодня?
Финальная метафора автора звучит жёстко: «Трамп и Нетаньяху жгут свечу с двух концов, и когда их власть закончится, обожжёнными окажутся все».
