Как бы власть ни пыталась использовать политтехнологии, административный ресурс или пропаганду, значительная часть общества, как показали последние выборы, продолжает оставаться в поле национальной идентичности и национальных ценностей, написал на своей странице в ФБ член политсовета РПА Армен Овасапян.
«ГОД НАЗАД МЫ ВСЕ КОНСТАТИРОВАЛИ, ЧТО 27 ИЮНЯ СТАЛО ЕЩЕ ОДНОЙ ВЕХОЙ НАЦИОНАЛЬНОГО СТЫДА И ПОЗОРА ДЛЯ АРМЯНСКОГО НАРОДА. В тот день армянские власти официально начали кампанию против Армянской Апостольской Святой Церкви, предприняв атаку на Первопрестольный Эчмиадзин. Именно в тот день окончательно стало ясно, что зацикленные идеи главного нелегитимного были не просто популистскими заявлениями, а одержимостью достижением своей цели любой ценой.
В минувшую субботу, 27 июня, исполнился год, как пашиняновская хунта начала этот, характерный для средневековых кочевников, поход на ААЦ, по сей день последовательно делая все возможное, чтобы демонтировать Церковь, превратить ее в обычное «учреждение» и поставить на службу собственным политическим амбициям.
То, что сегодня происходит вокруг Первопрестольного Святого Эчмиадзина и Армянской Апостольской Святой Церкви, по своей логике и применяемым методам напоминает процессы, осуществленные в 1915 году в Константинополе. Общая идея та же: сначала дискредитировать Церковь, а затем попытаться обезглавить нацию, нацелившись на ее духовную и национальную опору, чтобы было легче реализовать политические цели.
Последние выборы показали: как бы власть ни пыталась использовать политтехнологии, административный ресурс или пропаганду, значительная часть общества – более 50 процентов – продолжает оставаться в поле национальной идентичности и национальных ценностей. Ну, а в конце – храм победит улицу.
Кстати, я вовсе не согласен с подходом, будто мусульманские нашествия, которым когда-либо подвергалась Армения, всегда были проблематичными – конкретно в том, что касалось Церкви.
В частности, давайте рассмотрим этот эпизод.
В 1734 году Надир-шах прибывает в Эчмиадзин, снимает обувь, входит в церковь и принимает участие в литургии. Более того, шах встает на колени и со слезами на глазах молится вместе с христианами. Это производит потрясающее впечатление на народ.
По сути, многие другие персидские шахи, а также османские султаны и до этого случая по разным поводам также заходили в армянские церкви, однако никогда не молились.
Духовенство, воодушевленное коленопреклоненной молитвой Надира, призывает народ всячески поддерживать шаха (отметим, что во время предыдущего похода шаха Церковь призывала к нейтралитету).
Кстати, немногие, вероятно, знают, что во время коронации Надир-шаха его меч опоясал (главная церемония коронации) Верховный Патриарх и Католикос всех армян Авраам III Кретаци, который находился с ним в довольно хороших отношениях. Более того, завоевав доверие шаха, Католикос восстановил вотчинные и имущественные права Эчмиадзинского католикосского престола. Кроме того, при непосредственном участии Кретаци шах разрешил Мелику Акобджану основать в Ереване монетный двор и чеканить серебряные и медные монеты.
А теперь сравните: где Надир, а где Никол?», — написал Армен Овасапян.
