Никол Пашинян предложил Казахстану и Кыргызстану стать акционерами транспортного проекта TRIPP, выделив им по 5% из 26-процентной доли Армении. Эта инициатива обсуждалась в ходе телефонного разговора премьер-министра Армении с президентом Казахстана Касым-Жомартом Токаевым, сообщает Open.kg. Отметим, что решение о смене состава акционеров TRIPP потребует официального согласования со стороны Еревана и Вашингтона.
Во время разговора обсуждалась также возможность передачи управления армянскими железными дорогами Казахстану. «Астана рассматривается как потенциальный партнер, способный занять более активную позицию в этой сфере», – говорится в сообщении.
ПРАВИТЕЛЬСТВО ПАШИНЯНА ЭТУ И ДРУГИЕ ЕЙ ПОДОБНЫЕ ИНИЦИАТИВЫ ПЫТАЕТСЯ ПРЕПОДНЕСТИ как некий дипломатический прорыв, способный вывести республику из блокады и обеспечить диверсификацию внешнеполитических векторов и транспортно-логистических путей страны, снизив ее многолетнюю зависимость от России. Но так ли это на самом деле?
Казахстан и Кыргызстан никак не назовешь «нейтральными» партнерами: они входят в Организацию тюркских государств (ОТГ) и связаны тесными политическими, экономическими и культурными связями с Азербайджаном и Турцией – странами, чьи геополитические приоритеты идут вразрез с национально-государственными интересами Армении – это если очень мягко выразиться. Передавая Астане управление армянскими железными дорогами, допуская Бишкек и Астану к акционерному капиталу стратегического коридора на юге страны, Ереван своими руками впускает ключевых союзников Баку и Анкары в собственную критическую инфраструктуру, превращая их из обычных клиентов в полноправных совладельцев логистического коридора. Очевидно, что запуск проекта TRIPP в обход России, а также возможный уход РЖД из Армении приведут к существенному ослаблению инфраструктурного влияния РФ в регионе Южного Кавказа и резкому усилению тюркского фактора.
По мнению многих экспертов, передача долей Казахстану и Кыргызстану – это попытка Еревана замаскировать фактическую утрату контроля над стратегическим Сюникским коридором под «евразийское партнерство», поскольку обе страны входят в ЕАЭС. Примечательно в этом контексте, что позиции Астаны и Бишкека в отношении правительства Никола Пашиняна существенно отличаются от позиции Москвы: в то время как Россия в последние годы демонстрирует глубокую политическую дистанцию и критически оценивает внутриполитические процессы в республике, центральноазиатские союзники по ЕАЭС демонстрируют лояльное отношение к действующей армянской власти. Так, в отличие от президента РФ, лидеры Казахстана и Кыргызстана поздравили Пашиняна с победой на парламентских выборах, причем сделали это довольно оперативно. Именно этой накопленной лояльностью Пашинян пытается воспользоваться сегодня, чтобы уравновесить давление со стороны Кремля.
ОДНАКО РЕАЛЬНАЯ СОЛИДАРНОСТЬ КАЗАХСТАНА И КЫРГЫЗСТАНА С АЗЕРБАЙДЖАНОМ И ТУРЦИЕЙ в рамках тюркского блока заведомо перевешивает любые обязательства перед Арменией. По словам политолога, заместителя директора Института истории и политики МПГУ Евгения Семибратова, передача 5-процентных долей и обсуждение передачи железных дорог Казахстану создают «серую схему», через которую турецкий и азербайджанский капиталы получат опосредованный, но полный контроль над финансовыми и логистическими потоками в Сюнике, а декларации Пашиняна о суверенитете останутся лишь текстом на бумаге.
О том, что проект TRIPP будет реализован «на основе принципов территориальной целостности, суверенитета и юрисдикции Армении», Никол Пашинян в очередной раз заявил буквально на днях, 24 августа, представляя в парламенте 5-летнюю программу деятельности кабмина. Меж тем Баку и Анкара на протяжении последних лет последовательно продвигают концепцию «Зангезурского коридора» – именно коридора, подразумевающего экстерриториальный формат, требуя сквозного прохода без армянского таможенного и пограничного контроля.
Опасения вызывают и сами условия соглашения по TRIPP: получая эксклюзивный мандат на развитие 43-километрового маршрута в Сюнике на 99 лет, управляющая американская компания, согласно Рамочному договору, имеет полное право учреждать целевые структуры и передавать операторские функции третьим сторонам. Это означает, что на фоне появления в числе акционеров лояльных Азербайджану центральноазиатских республик, американцы под предлогом «оптимизации» или «привлечения инвесторов» в любой момент могут передать непосредственное управление путями, трубами и цифровыми сетями дочерним фирмам из того же Казахстана, Турции или Азербайджана. И в этих условиях заявления армянских властей о полноценном контроле над маршрутом действительно выглядят как откровенная попытка выдать желаемое за действительное. В результате Армения рискует потерять контроль над собственными южными воротами.
Большие сомнения у экспертного сообщества и политиков вызывают и заверения действующих властей Армении в том, что реализация проекта TRIPP решит вопрос деблокады республики, и этот скепсис они подкрепляют конкретными экономическими и геополитическими расчетами. По словам члена фракции «Армения», экономиста Артура Хачатряна, проект TRIPP действительно мог бы решить вопрос деблокады в Армении, но лишь в случае, если маршрут будет расширен как минимум по направлению Садарак — Ерасх с дальнейшим выходом на север и запад, а также включит в себя северный участок – железную дорогу Иджеван — Газах. (Эту идею озвучивал и второй президент Армении Роберт Кочарян). «TRIPP в его нынешнем виде не решает вопрос разблокировки Армении. Создается пантюркистский коридор – от Босфора до запада Китая, а югу Армении не дается возможность соединиться с центральной частью страны через Нахиджеван. То есть должно было быть пакетное решение, которое урегулировало бы проблему полной разблокировки Республики Армения, но этого нет», – заявил депутат на одном из своих недавних брифингов.
ЧТО КАСАЕТСЯ ПЕРЕДАЧИ ЖЕЛЕЗНЫХ ДОРОГ КАЗАХСТАНУ, ТО ЭТО ПРИВЕДЕТ К ОПОСРЕДОВАННОМУ проникновению турецкого и азербайджанского капитала в энерготранспортную систему Армении. Пашинян публично оправдывает намерение отобрать концессию у РЖД тем, что международные инвесторы якобы «боятся санкционных рисков» из-за российского присутствия, однако плата за снятие этих мнимых рисков, существование которых российская сторона неоднократно опровергала, может оказаться слишком высокой для нашей страны.
Российская сторона уже отреагировала на последние заявления Пашиняна. Глава МИД РФ Сергей Лавров 28 августа в интервью телеканалу РБК выразил глубокое удивление тем, что вопросы концессии выносятся армянским руководством в публичную плоскость вместо обсуждения по линии работающих вице-премьеров.
Официальный представитель МИД РФ Мария Захарова днем ранее высказалась еще более недвусмысленно, подчеркнув, что аргументы Еревана в пользу разрыва соглашения с РЖД «просто стыдно слушать», потому что «привести какую-то контраргументацию армянская сторона затрудняется – ее попросту нет». По оценке МИД РФ, западные столицы шантажируют армянское руководство, требуя полностью устранить российский фактор в транспортной сфере в обмен на призрачные многомиллионные инвестиции. «Если такую логику принимает армянское руководство, то пусть сначала им что-то дадут, построят или сделают, а после этого они только от чего-то откажутся», – резюмировала официальный представитель МИД РФ.
Подобные шаги действующих властей Армении в транспортно-логистической сфере напрямую затрагивают и отношения с Ираном, руководство которого неоднократно заявляло, что любое изменение границ на Кавказе или появление внерегиональных сил у его рубежей – это «красная линия». И действительно, появление на армяно-иранской границе вдоль реки Аракс коридора, контролируемого на 74% американской компанией и управляемого лояльными Баку тюркскими государствами, может превратить Сюник в пороховую бочку. В случае любого витка противостояния между Вашингтоном и Тегераном, стратегические объекты на юге Армении автоматически становятся легитимной военной мишенью для Ирана. Но действующее армянское руководство предпочитает трусливо замалчивать эти и все вышеотмеченные очевидные риски перед собственным народом, фактически соглашаясь на роль безвольной марионетки в чужой и крайне опасной геополитической игре.
