В 1963 году маленькая девочка Джерил Линн просыпается посреди ночи. У нее высокая температура и сильно распухла шея. Классические симптомы эпидемического паротита — свинки. В то время это была обычная, но коварная болезнь, которая могла привести к глухоте или менингиту.
Отец Джерил не стал сразу же вызывать врача. Он взял ватную палочку, вошел в комнату дочери, провел по ее горлу, а затем сел в машину и поехал в свою лабораторию.
Отца девочки звали Морис Хиллеман. Он был микробиологом. Морис заморозил образец вируса своей дочери, а затем потратил несколько лет на его ослабление. На основе этого единственного мазка из горла он создал вакцину от свинки, которую до сих пор получают дети по всему миру. Штамм вируса так и называется — Jeryl Lynn.
НО НА ЭТОМ МОРИС НЕ ОСТАНОВИЛСЯ. ОН БЫЛ ОДЕРЖИМ ЗАЩИТОЙ ОТ ВИРУСОВ.За свою карьеру разработал более 40 вакцин: корь, краснуха, гепатит А, гепатит В, ветряная оспа, пневмококк. Если у вас есть шрам на плече, если ваши дети не умирают от кори, а ваши друзья не слепнут от осложнений краснухи — это его заслуга. По скромным подсчетам Всемирной организации здравоохранения, препараты Мориса Хиллемана спасают около 8 миллионов жизней. Каждый год.
В беседе с корр. «ГА» вирусолог, научный сотрудник Института эпидемиологии, вирусологии и медицинской паразитологии им. А. Алексаняна Эльза Тер-Геворкян отметила, что в армянском национальном календаре вакцин сейчас 12 детских прививок, шесть из которых были созданы Хиллеманом. Его имя тесно связано с вирусологом армянского происхождения — доктором Альбертом Капикяном (его часто называют отцом исследований вирусов гастроэнтерита). Он руководил лабораторией в Национальных институтах здоровья США (NIH) и внес огромный вклад в разработку первой лицензированной вакцины против ротавируса. Доктор Капикян и Морис Хиллеман дружили и работали вместе долгие годы.
«В 1944 году Хиллемана попросили помочь американским войскам в Тихом океане, — рассказывает Э. Тер-Геворкян. — На некоторых занятых американцами островах солдаты стали умирать от неизвестной болезни. Возбудителя установили быстро — это был ранее описанный вирус японского энцефалита. Болезнь поражает мозг, летальность составляет 40-70%. Вирус разносится комарами: если на острове есть заболоченная местность, все люди попадают в зону риска.
Морису дали 30 дней на разработку вакцины. Причем первые дни пришлось потратить на стройку — по его настоянию возвели отдельный стерильный ангар. Дальше начались опыты по заражению и перезаражению мышей. Через 30 дней вакцина была готова и «пошла» в войска. А когда война закончилась — вакцины хватило и местному населению.
Как только Морис услышал о новой эпидемии в Гонконге в 1957 году, он сделал беспрецедентную вещь — раздобыл возбудитель и в короткие сроки создал вакцину. А также убедил правительство начать прививать население США еще до того, как пандемия добралась до Америки (на птицефабриках зарезервировали нужное количество куриных яиц для производства вакцины). Привиться успели не все, в результате болезнь все равно бушевала, она унесла 116 тысяч жизней американцев. Без вакцинации число жертв только в одной Америке могло быть около миллиона».
ЧЕЛОВЕЧЕСКАЯ ИСТОРИЧЕСКАЯ ПАМЯТЬ УСТРОЕНА ПУГАЮЩЕ НЕСПРАВЕДЛИВО. Мы заставляем школьников зубрить имена политиков и полководцев, испепелявших целые континенты ради власти. Их статуи стоят на площадях, в их честь называют столицы. Однако что-то все же не так с нашей системой приоритетов. Мы знаем о многих спортсменах, актерах, модельерах, но скорее всего ничего не слышали о Хиллемане.
…Мы ничего не знаем о человеке, чье изобретение прямо сейчас физически циркулирует в крови большинства из нас. Морис никогда не стремился к славе. У него не было PR-менеджеров, он не давал громких интервью. Он просто приходил в свою лабораторию и методично превращал смертоносные вирусы в щиты для человечества.
Истинное спасение редко сопровождается звуками фанфар. Чаще всего оно рождается в тишине лаборатории, когда уставший родитель решает, что болезнь его ребенка должна стать последней в истории.
Морис Хиллеман умер в 2005 году в возрасте 85 лет. Мир даже не заметил ухода человека, который подарил этому миру миллиарды лет дополнительной жизни.
