В 1731 году в Англии родился человек по имени Эразм. Эразм Дарвин. Врач, ученый, натуралист, поэт. Однако поразил он мир в первую очередь своими работами по натурфилософии — философии природы, то есть умозрительному толкованию природы, рассматриваемой в ее целостности. Но самое удивительное то, что Эразм Дарвин в своих поэмах излагал идеи эволюции животных и растений под влиянием внешней среды. Взгляды его мало кто разделял. Но его очень ценили не только современники. Умер Эразм Дарвин в 1802 году и перед смертью сказал, что недалек тот час, когда все убедятся в его правоте. Через семь лет родился его внук Чарльз Дарвин. Говорили, что он очень похож на своего деда. И вот к столетию своего деда, в 1831 году, двадцатидвухлетний Чарльз отправился в кругосветное плавание на исследовательском военном судне "Бигл". Говорили, что это путешествие не состоялось бы, если бы не память о великом деде, если бы не авторитет врача, натурфилософа, поэта, которого Англия не забывала.
ЭТИ СТРОКИ Я ПИСАЛ В ПРОЛИВЕ, НОСЯЩЕМ НАЗВАНИЕ ЭКСПЕДИЦИОННОГО СУДНА "БИГЛ". Вспоминал о нем и в других каналах, которыми просто испещрена Огненная земля и где Чарльз Дарвин ходил уже на лодках, изучая жизнь и быт индейцев из племени ягана. Часто думал о том, что внук просто стал материализованным бессмертием своего деда. Умер Чарльз Дарвин в 1882 году. Ему было столько же лет, сколько Эразму Дарвину. Обоим по семьдесят три года. И внук перед смертью сказал, что он продлил жизнь своего деда на семьдесят три года. По-моему, внук продлил жизнь деду на целую вечность. Я не думаю, что, вспомнив о Дарвине, о его по-настоящему научной экспедиции, я выхожу за пределы жанра репортажа о нашей скромной экспедиции, которая по-армянски звучит очень громко. Все логично, ибо, как я уже отмечал, почти все расстояние, вбирающее в себя понятие огибания мыса Горн, накрепко связано с именем великого ученого. Он просто-таки взбудоражил планету нашу своим открытием, которое по большому счету сделал именно в глухих уголках побережья Южной Америки. Он проводил долгие исследования и чуть севернее канала Бигл. Это северное и южное побережья Магелланова пролива. Так что места эти тесно связаны сразу с именами двух великих титанов человечества: Фернана Магеллана и Чарльза Дарвина. Помнится, недели три назад в самом южном городе планеты я обратил внимание на этакое милое соседство: на одном из угловых указателей улиц были записаны две улицы — Магеллана и Дарвина. Так что стремление пройти после мыса Горн еще и Магелланов пролив обусловлено не только чисто спортивным интересом, но и желанием прикоснуться к эпизодам истории человечества.
Экипаж с воодушевлением принял идею, скажем так, об окончательном выходе в открытый океан именно там, где Магеллан произнес свое историческое словосочетание "Тихий океан". Кстати, перевод на армянский более точный: "мирный". Именно так звучало в устах Фернана Магеллана: "пацифик".
ЛУЧШЕ ВСЕХ ПОНИМАЛИ ВСЮ СЛОЖНОСТЬ РЕАЛИЗАЦИИ ЭТОЙ ИДЕИ КАПИТАН САМВЕЛ КАРАПЕТЯН И ШТУРМАН ГАЙК БАДАЛЯН, которого мы в дополнение ко всем его специальностям наградили еще одной: главный картограф "Армении". Речь ведь о том, что из пролива Дрейка надо попасть в Магелланов пролив так, чтобы пройти хотя бы одну треть его длины. Это около двухсот километров. Именно там наиболее сложные участки. Там же на вершине одного из вулканов южной оконечности Американского континента на высоте 360 метров установлен в 1983 году крест, который был освящен Папой Римским Иоанном Павлом Вторым. Именно там можно еще увидеть останки затонувшиx в ураган кораблей. Однако главное препятствие на нашем пути — это нескончаемые каналы, которые довольно часто и круто огибают бесчисленные острова архипелага Огненная земля. Я, конечно, перенесу все записи, сделанные в пути, в будущую книгу. Но пока, думается, будет правильно вернуться к самому капитану — генералу Фернану Магеллану.
Всемирная история зафиксировала все кругосветки и большие плавания, особенно те, которые кончались трагически. Я уже отмечал, что у меня есть список почти двухсот только больших и известных судов, которые погибли в районе мыса Горн. И все же наиболее чудовищной была трагедия первого в истории кругосветного плавания. Напомним еще раз страшные цифры, которые бьют, как электрическим током. Из 264 человек общего числа экипажей пяти судов вернулись домой лишь 18. Вернулись только на одном корабле. Происходило это в 1519-1522 годах. Нетрудно представить, какие тогда были не только условия, но и возможности. И, зная об этом, не удивляешься, когда читаешь документ: "Черви сгрызли остатки сухарей… Началась цинга… кожа покрылась язвами… Содрали кожаную обшивку с рей, несколько дней мочили ее в море, затем жарили и ели". Но не только это. Бунты. Предательства. Восстания. Бывали моменты, когда три из пяти кораблей оказывались в руках мятежников. И все это еще на старте. По крайней мере Магелланов пролив экспедиция одолела всего лишь с тремя кораблями.
Я все это привожу вот почему. Прочитав монографию и пространные очерки о великих мореплавателях, исследовательские статьи, я пришел к выводу, что даже враги Фернана сознавали, что он находится в плену не у кругосветки как таковой, является не слугой, а хозяином самой идеи. Ведь заклятому своему врагу Эль-Кано, которого сам заковал в кандалы, он признался, что цель одна: вернуться хотя бы одному и доложить королю о главном — доказали, что Земля круглая. И Эль Кано стал самым верным другом.
ДЛЯ МЕНЯ МАГЕЛЛАН — НАСТОЯЩИЙ ФИЛОСОФ. Он прекрасно понимал, что, только постигая действительность, в данном случае через кругосветку, идея может включить в себя сознание цели. И он отдал жизнь за эту цель. Его убили вовсе не туземцы. Там, на острове Макатан, его смерти предшествовала идея. Идея обращения туземцев в христианство. И это у него получалось.
Но случилось самое невероятное. Именно в это время между вождями Себу и соседнего крохотного острова Макатан началась междоусобная война. И, конечно, Фернан не мог оставаться в стороне от своих, так сказать, новообращенных друзей. В какой жестокой схватке погиб Магеллан и как все это происходило — это уже хрестоматия. А для меня важно то, что я сам выявил для себя. Магеллан сознавал, что он не мог поступиться своими моральными принципами и не оказать, как уже говорилось, помощь новообращенным христианам. Как знал и то, что может погибнуть в схватке. Но все-таки он верил в то, что его "Виктория", пусть и без него, дойдет до родины. Даже знал, что это за него сделает его бывший враг, а сейчас верный друг Хуан Себастьян Эль-Кано, который 8 сентября 1522 года в своем обращении к королю подчеркнул историческую фразу: "Мы на деле доказали, что Земля есть шар".
Так как же мы могли обойти стороной Магелланов пролив? "Армения", правда, не без труда и мытарств прошла этот отрезок пролива и вышла в то самое место, где впервые были произнесены эти два слова, — Тихий океан.
Зорий БАЛАЯН, борт "Армении", Тихий океан
