Успели-таки. Преодолели себя, сделали, наверное, невозможное. Я теперь точно знаю, что такое «с божьей помощью». Это значит: на бога надейся, а сам не плошай. Дело в том, что редко бывает, когда шторм длится со всей мощью пять дней кряду. Уже не тошнит, а появляется зверский аппетит. И как назло сейчас нет на борту кока…
Позвонил уже известный нам незнакомец яхтсмен Каро. Сказал, что со вчерашнего дня следит в интернете за погодой на нашем маршруте: все то же «с порывами – сорок-сорок пять узлов скорость ветра, ураган». И вот что Каро нам обещал. Как только мы завершим наши дела в Уругвае, он со своим сыном выйдет в море, чтобы направиться в Монтевидео. Придет на своей яхте в порт и возьмется сопровождать до столицы, как он сказал, Архентины. Каро даже не предполагал, как он нас обрадовал. Ведь вот уже двадцать тысяч миль мы не можем получить хотя бы один нормальный снимок «Армении». У нас так до сих пор нет хорошего снимка нашей яхты с парусом-флагом со стороны. И вот Каро сам предлагает услуги эскорта.
В общем, успели. Это действительно счастье. Счастье не столько в том, что сдержали слово, данное себе и послу Армении в Аргентине Владимиру Кармиршаляну, а в том, что мы дошли именно до Монтевидео. Сорок четыре года я ждал этого дня. Правда, не знал, что это произойдет 7 декабря, в печальный день памяти жертв Спитакского землетрясения. Может, есть в этом нечто от символа, от мудрости: жизнь продолжается? Мы знали, что в этот час нас ждали жители Монтевидео — наши соотечественники и хозяева, которые организовали нам встречу с военно-морским духовым оркестром.
Увы, мы не могли подойти к причалу, где стояли большими группами встречающие. Это было время отлива, и «Армения» со своей осадкой в два с половиной метра могла сесть на мель. Нам предложили бросить якорь в двухстах метрах от причала. За нами прислали вместительную лодку-паром во главе с нашим послом и капитаном порта. Отошли метров на десять и увидели на причале высокий флагшток с двумя флагами, вытянутыми по ветру, — Республики Армения и Нагорно-Карабахской Республики.
Народу было даже больше, чем в Лос-Анджелесе. В Монтевидео и без того организованный наш народ имел сразу двух организаторов. Это – посол Армении и новоиспеченный почетный консул Армении в Уругвае Рубен Абрамян. Мы уже были знакомы с программой пребывания в городе. Но для нас главное было в том, что мы будем первой официальной делегацией из Армении, которая посетит еще официально не открытое консульство Армении. Осознавали, что это событие поистине историческое. Ведь происходит оно не где-нибудь, а в Уругвае.
Праздник в порту Монтевидео организовали наши соотечественники при активном содействии капитана яхт-клуба Джона Бирда, который выступил со словами приветствия в адрес парусника «Армения» и ее экипажа. Все последние дни я все гадал, кто будет тот самый первый уругваец, в лице которого мы поблагодарим весь народ за нравственный подвиг, который был совершен здесь в 1965 году, когда государство Уругвай первым в мире признало Геноцид армян. Сам Бог сделал этот выбор. Капитан яхт-клуба вручил нашему капитану вымпел. Самвел Карапетян в свою очередь передал своему коллеге сувениры: хачкар и сколок обсидиана с золотистым изображением Эчмиадзина. Вечером послом Армении Владимиром Кармиршаляном и почетным консулом капитан порта Джон Бирд и его коллеги были приглашены на торжественную встречу с общиной.
…Несколько, как говорится, штрихов к портрету города. Сразу по окончании митинга, который проходил под бравурные марши в исполнении морского оркестра, весь экипаж посетил площадь Армении. Прямо-таки архитектурный шедевр. Творчески использована естественная геометрия местности. Взоры в первую очередь устремляются на стоящего на фигурном постаменте мощного бронзового орла, который как бы и готовится к полету, и уже находится в воздухе. Автор – выдающийся скульптор Уругвая Нерсес Унанян. Повторяюсь, орел весь в напряжении. Готовится к полету. Одно крыло орла — сегодняшняя Армения, другое – израненный Спюрк. И вся фигура орла – это устремленность, вера. Стоит он над водой, олицетворяющей Севан, а фоном служит двуглавый Арарат. Забегая вперед, скажу, что Нерсес Унанян известен всему Уругваю. Многие его работы установлены в стране. А сегодня его имя носит одна из красивейших улиц, проходящих буквально рядом с армянской церковью Святого Нерсеса Шнорали, при входе в которую установлен памятник жертвам Геноцида армян тоже работы Нерсеса Унаняна.
На следующий день экипаж отправился по проспекту Армении и по живописным улицам (местами они напоминают улицы Степанакерта) добрались до улицы Унаняна. Затем по проспекту Аграсиада добрались до армянской церкви. Кстати, Аграсиада в переводе с испанского означает «шнорали». И церковь наша названа именем Святого Нерсеса Шнорали — одного из титанов армянского Ренессанса.
Предводитель армянский епархии в Урагвае архиепископ Акоб подробно рассказал об истории общины и церкви, роль которой в жизни пятнадцати тысяч наших соотечественников трудно переоценить. Многие мне рассказывали, как в самые трудные минуты люди обращаются за помощью и советом именно к Акобу србазану. Нес он службу в Германии, Бельгии, а с 1990 года — архиепископ. Меня удивило, что армянский священнослужитель, несущий службу в такой дали от родины, так хорошо знаком с отечественной и мировой литературой.
Рядом с церковью Святого Нерсеса Шнорали – школа и лицей. Отсюда и название: школа — Нубарян, лицей – Манукян. Интересная деталь. Нубарян — это имя легендарного благотворителя и общественного деятеля Нубара Паши. Однако Нубар Паша никакого отношения к школе не имеет. Она была построена на средства супругов Мисака и Арфи Куюмджянов, которые и назвали школу именем почитаемого ими Нубара Паши. Лицей Манукяна – это великолепный комплекс с классами, актовым залом, библиотекой, огромным спортивным залом и плавательным бассейном, где проводятся международные соревнования по многим видам спорта. Достаточно сказать, что комплекс посещают примерно 500 детей. Невольно задумываешься над будущим общины…
Успели-таки. Преодолели себя, сделали, наверное, невозможное. Я теперь точно знаю, что такое «с божьей помощью». Это значит: на бога надейся, а сам не плошай. Дело в том, что редко бывает, когда шторм длится со всей мощью пять дней кряду. Уже не тошнит, а появляется зверский аппетит. И как назло сейчас нет на борту кока…
Позвонил уже известный нам незнакомец яхтсмен Каро. Сказал, что со вчерашнего дня следит в интернете за погодой на нашем маршруте: все то же «с порывами – сорок-сорок пять узлов скорость ветра, ураган». И вот что Каро нам обещал. Как только мы завершим наши дела в Уругвае, он со своим сыном выйдет в море, чтобы направиться в Монтевидео. Придет на своей яхте в порт и возьмется сопровождать до столицы, как он сказал, Архентины. Каро даже не предполагал, как он нас обрадовал. Ведь вот уже двадцать тысяч миль мы не можем получить хотя бы один нормальный снимок «Армении». У нас так до сих пор нет хорошего снимка нашей яхты с парусом-флагом со стороны. И вот Каро сам предлагает услуги эскорта.
В общем, успели. Это действительно счастье. Счастье не столько в том, что сдержали слово, данное себе и послу Армении в Аргентине Владимиру Кармиршаляну, а в том, что мы дошли именно до Монтевидео. Сорок четыре года я ждал этого дня. Правда, не знал, что это произойдет 7 декабря, в печальный день памяти жертв Спитакского землетрясения. Может, есть в этом нечто от символа, от мудрости: жизнь продолжается? Мы знали, что в этот час нас ждали жители Монтевидео — наши соотечественники и хозяева, которые организовали нам встречу с военно-морским духовым оркестром.
Увы, мы не могли подойти к причалу, где стояли большими группами встречающие. Это было время отлива, и «Армения» со своей осадкой в два с половиной метра могла сесть на мель. Нам предложили бросить якорь в двухстах метрах от причала. За нами прислали вместительную лодку-паром во главе с нашим послом и капитаном порта. Отошли метров на десять и увидели на причале высокий флагшток с двумя флагами, вытянутыми по ветру, — Республики Армения и Нагорно-Карабахской Республики.
Народу было даже больше, чем в Лос-Анджелесе. В Монтевидео и без того организованный наш народ имел сразу двух организаторов. Это – посол Армении и новоиспеченный почетный консул Армении в Уругвае Рубен Абрамян. Мы уже были знакомы с программой пребывания в городе. Но для нас главное было в том, что мы будем первой официальной делегацией из Армении, которая посетит еще официально не открытое консульство Армении. Осознавали, что это событие поистине историческое. Ведь происходит оно не где-нибудь, а в Уругвае.
Праздник в порту Монтевидео организовали наши соотечественники при активном содействии капитана яхт-клуба Джона Бирда, который выступил со словами приветствия в адрес парусника «Армения» и ее экипажа. Все последние дни я все гадал, кто будет тот самый первый уругваец, в лице которого мы поблагодарим весь народ за нравственный подвиг, который был совершен здесь в 1965 году, когда государство Уругвай первым в мире признало Геноцид армян. Сам Бог сделал этот выбор. Капитан яхт-клуба вручил нашему капитану вымпел. Самвел Карапетян в свою очередь передал своему коллеге сувениры: хачкар и сколок обсидиана с золотистым изображением Эчмиадзина. Вечером послом Армении Владимиром Кармиршаляном и почетным консулом капитан порта Джон Бирд и его коллеги были приглашены на торжественную встречу с общиной.
…Несколько, как говорится, штрихов к портрету города. Сразу по окончании митинга, который проходил под бравурные марши в исполнении морского оркестра, весь экипаж посетил площадь Армении. Прямо-таки архитектурный шедевр. Творчески использована естественная геометрия местности. Взоры в первую очередь устремляются на стоящего на фигурном постаменте мощного бронзового орла, который как бы и готовится к полету, и уже находится в воздухе. Автор – выдающийся скульптор Уругвая Нерсес Унанян. Повторяюсь, орел весь в напряжении. Готовится к полету. Одно крыло орла — сегодняшняя Армения, другое – израненный Спюрк. И вся фигура орла – это устремленность, вера. Стоит он над водой, олицетворяющей Севан, а фоном служит двуглавый Арарат. Забегая вперед, скажу, что Нерсес Унанян известен всему Уругваю. Многие его работы установлены в стране. А сегодня его имя носит одна из красивейших улиц, проходящих буквально рядом с армянской церковью Святого Нерсеса Шнорали, при входе в которую установлен памятник жертвам Геноцида армян тоже работы Нерсеса Унаняна.
На следующий день экипаж отправился по проспекту Армении и по живописным улицам (местами они напоминают улицы Степанакерта) добрались до улицы Унаняна. Затем по проспекту Аграсиада добрались до армянской церкви. Кстати, Аграсиада в переводе с испанского означает «шнорали». И церковь наша названа именем Святого Нерсеса Шнорали — одного из титанов армянского Ренессанса.
Предводитель армянский епархии в Урагвае архиепископ Акоб подробно рассказал об истории общины и церкви, роль которой в жизни пятнадцати тысяч наших соотечественников трудно переоценить. Многие мне рассказывали, как в самые трудные минуты люди обращаются за помощью и советом именно к Акобу србазану. Нес он службу в Германии, Бельгии, а с 1990 года — архиепископ. Меня удивило, что армянский священнослужитель, несущий службу в такой дали от родины, так хорошо знаком с отечественной и мировой литературой.
Рядом с церковью Святого Нерсеса Шнорали – школа и лицей. Отсюда и название: школа — Нубарян, лицей – Манукян. Интересная деталь. Нубарян — это имя легендарного благотворителя и общественного деятеля Нубара Паши. Однако Нубар Паша никакого отношения к школе не имеет. Она была построена на средства супругов Мисака и Арфи Куюмджянов, которые и назвали школу именем почитаемого ими Нубара Паши. Лицей Манукяна – это великолепный комплекс с классами, актовым залом, библиотекой, огромным спортивным залом и плавательным бассейном, где проводятся международные соревнования по многим видам спорта. Достаточно сказать, что комплекс посещают примерно 500 детей. Невольно задумываешься над будущим общины…
С 30-метровым триколором курсом на Панаму
Этого дня мы ждали все. Весь экипаж. Думаю, не только экипаж. Сам день, как говорится, выдался на славу. Чистое голубое небо. Суббота. Это значит, что на сотни тысяч машин в Лос-Анджелесе было меньше, а стало быть, и небо над городом чище. Беда была только в том, что чуть ли не все население огромного мегаполиса с утра 19 сентября отправилось к морю и больше всего – в сторону Сан-Педро. Точнее – прямо к борту "Армении".
Именно это обстоятельство здорово помешало проведению нашего, так сказать, церемониала прощания с Лос-Анджелесом и, главное, поднятию генуи (переднего стакселя), привезенного накануне из Новой Зеландии, где по нашему заказу и по нашим расчетам нам сшили парус-триколор.
Но если бы только это… Место, где мы причалили, лишь считается почетным, элитарным. Но уж лучше это было бы где-нибудь подальше от "цивилизации". Со всех сторон давят здания, пристройки, кафе, рестораны. Все для отдыха, не говоря уже о проводящемся в эти дни в самой близости от причала фестивале лобстеров. А тут вдруг собралось огромное количество людей, которые непременно хотят быть рядом с крохотным судном. Дотронуться до него, подняться на палубу, спуститься в кают-компанию. Сфотографироваться на фоне государственного флага, развевающегося на флагштоке. В абсолютной тесноте собравшимся негде было стоять, чтобы провести торжественное поднятие паруса-флага.
И все же никакой беды во всех этих неудобствах никто не замечал. Разве только то, что невозможно было сделать хотя бы один нормальный фотоснимок. А жаль, потому что с самого начала я решил отправить фоторепортаж об этом дне. Мне нужно было обязательно не только рассказать, но и показать, к примеру, Ваге Карапетяна, о котором в последних моих посланиях я так часто писал. Если бы не Ваге, думаю, график наш сильно был бы нарушен. Конечно, Ваге помогал не один. Он подключил всю свою семью: жену Вероник, дочь Джильду и даже внуков.
Кстати, генеральный консул Армении в Лос-Анджелесе Григор Ованесян настоятельно просил, чтобы я особо подчеркнул имя Ваге, который помогал не только нам, но и каждый год в дни, когда проводится традиционный телемарафон в Лос-Анджелесе. Григор Ованесян открыл собрание, подчеркнув исторический факт отплытия впервые в нашей истории, если не вообще в мире, паруса-флага, с которым мы продолжим кругосветное плавание.
Однако, пожалуй, главным героем дня был Албер Бояджян, о котором читатель уже знает. Когда я рассказал об осуществлении нашей мечты, которую претворил в жизнь именно Албер, было видно, как ликует народ. Лишь сам Албер, опустив голову, не знал, что нужно делать в таких случаях. Скромный человек наш Албер Бояджян. Праздник завершила поэтесса Алисия Киракосян, прочитав прекрасные стихи о Родине.
…Стоя на палубе "Армении", я всматривался в знакомые лица наших соотечественников. Все эти дни они встречались с нами, оказывали помощь, помогали машинами в многочисленных поездках по огромному городу. Иначе мы бы просто не успели завершить нашу программу. Это доктор Саркис Месропян, это почти все без исключения сотрудники консульства, это брат и сестра Анаит и Акоп.
Увы, когда я попросил наших ребят собрать все снимки, то выяснилось, что очень мало они снимали самих членов экипажа. Особо страдают те, кто сам снимает. Зато, пожалуй, впервые повезло нашему Армену Назаряну, которого все ласково называют Ариком, а юные моряки — дядей Ариком. На снимке он со своей любимой внучкой Моникой, которая родилась и живет в Америке и просто блестяще говорит по-армянски.
… С тридцатиметровым красно-сине-оранжевым парусом "Армения" отошла от причала Сан-Педро и взяла курс на Панаму. Вернемся по пройденному пути. Я почти никогда этого не делал в моих прежних многочисленных путешествиях: боюсь этой приметы – нельзя возвращаться по пройденному участку пути. Думаю, обойдется. Да и участок этот не ахти какой большой. Подумаешь – каких-нибудь три-четыре тысячи миль. Зато после Панамы каждая миля будет приближать нас к дому.
Позвонил уже известный нам незнакомец яхтсмен Каро. Сказал, что со вчерашнего дня следит в интернете за погодой на нашем маршруте: все то же «с порывами – сорок-сорок пять узлов скорость ветра, ураган». И вот что Каро нам обещал. Как только мы завершим наши дела в Уругвае, он со своим сыном выйдет в море, чтобы направиться в Монтевидео. Придет на своей яхте в порт и возьмется сопровождать до столицы, как он сказал, Архентины. Каро даже не предполагал, как он нас обрадовал. Ведь вот уже двадцать тысяч миль мы не можем получить хотя бы один нормальный снимок «Армении». У нас так до сих пор нет хорошего снимка нашей яхты с парусом-флагом со стороны. И вот Каро сам предлагает услуги эскорта.
В общем, успели. Это действительно счастье. Счастье не столько в том, что сдержали слово, данное себе и послу Армении в Аргентине Владимиру Кармиршаляну, а в том, что мы дошли именно до Монтевидео. Сорок четыре года я ждал этого дня. Правда, не знал, что это произойдет 7 декабря, в печальный день памяти жертв Спитакского землетрясения. Может, есть в этом нечто от символа, от мудрости: жизнь продолжается? Мы знали, что в этот час нас ждали жители Монтевидео — наши соотечественники и хозяева, которые организовали нам встречу с военно-морским духовым оркестром.
Увы, мы не могли подойти к причалу, где стояли большими группами встречающие. Это было время отлива, и «Армения» со своей осадкой в два с половиной метра могла сесть на мель. Нам предложили бросить якорь в двухстах метрах от причала. За нами прислали вместительную лодку-паром во главе с нашим послом и капитаном порта. Отошли метров на десять и увидели на причале высокий флагшток с двумя флагами, вытянутыми по ветру, — Республики Армения и Нагорно-Карабахской Республики.
Народу было даже больше, чем в Лос-Анджелесе. В Монтевидео и без того организованный наш народ имел сразу двух организаторов. Это – посол Армении и новоиспеченный почетный консул Армении в Уругвае Рубен Абрамян. Мы уже были знакомы с программой пребывания в городе. Но для нас главное было в том, что мы будем первой официальной делегацией из Армении, которая посетит еще официально не открытое консульство Армении. Осознавали, что это событие поистине историческое. Ведь происходит оно не где-нибудь, а в Уругвае.
Праздник в порту Монтевидео организовали наши соотечественники при активном содействии капитана яхт-клуба Джона Бирда, который выступил со словами приветствия в адрес парусника «Армения» и ее экипажа. Все последние дни я все гадал, кто будет тот самый первый уругваец, в лице которого мы поблагодарим весь народ за нравственный подвиг, который был совершен здесь в 1965 году, когда государство Уругвай первым в мире признало Геноцид армян. Сам Бог сделал этот выбор. Капитан яхт-клуба вручил нашему капитану вымпел. Самвел Карапетян в свою очередь передал своему коллеге сувениры: хачкар и сколок обсидиана с золотистым изображением Эчмиадзина. Вечером послом Армении Владимиром Кармиршаляном и почетным консулом капитан порта Джон Бирд и его коллеги были приглашены на торжественную встречу с общиной.
…Несколько, как говорится, штрихов к портрету города. Сразу по окончании митинга, который проходил под бравурные марши в исполнении морского оркестра, весь экипаж посетил площадь Армении. Прямо-таки архитектурный шедевр. Творчески использована естественная геометрия местности. Взоры в первую очередь устремляются на стоящего на фигурном постаменте мощного бронзового орла, который как бы и готовится к полету, и уже находится в воздухе. Автор – выдающийся скульптор Уругвая Нерсес Унанян. Повторяюсь, орел весь в напряжении. Готовится к полету. Одно крыло орла — сегодняшняя Армения, другое – израненный Спюрк. И вся фигура орла – это устремленность, вера. Стоит он над водой, олицетворяющей Севан, а фоном служит двуглавый Арарат. Забегая вперед, скажу, что Нерсес Унанян известен всему Уругваю. Многие его работы установлены в стране. А сегодня его имя носит одна из красивейших улиц, проходящих буквально рядом с армянской церковью Святого Нерсеса Шнорали, при входе в которую установлен памятник жертвам Геноцида армян тоже работы Нерсеса Унаняна.
На следующий день экипаж отправился по проспекту Армении и по живописным улицам (местами они напоминают улицы Степанакерта) добрались до улицы Унаняна. Затем по проспекту Аграсиада добрались до армянской церкви. Кстати, Аграсиада в переводе с испанского означает «шнорали». И церковь наша названа именем Святого Нерсеса Шнорали — одного из титанов армянского Ренессанса.
Предводитель армянский епархии в Урагвае архиепископ Акоб подробно рассказал об истории общины и церкви, роль которой в жизни пятнадцати тысяч наших соотечественников трудно переоценить. Многие мне рассказывали, как в самые трудные минуты люди обращаются за помощью и советом именно к Акобу србазану. Нес он службу в Германии, Бельгии, а с 1990 года — архиепископ. Меня удивило, что армянский священнослужитель, несущий службу в такой дали от родины, так хорошо знаком с отечественной и мировой литературой.
Рядом с церковью Святого Нерсеса Шнорали – школа и лицей. Отсюда и название: школа — Нубарян, лицей – Манукян. Интересная деталь. Нубарян — это имя легендарного благотворителя и общественного деятеля Нубара Паши. Однако Нубар Паша никакого отношения к школе не имеет. Она была построена на средства супругов Мисака и Арфи Куюмджянов, которые и назвали школу именем почитаемого ими Нубара Паши. Лицей Манукяна – это великолепный комплекс с классами, актовым залом, библиотекой, огромным спортивным залом и плавательным бассейном, где проводятся международные соревнования по многим видам спорта. Достаточно сказать, что комплекс посещают примерно 500 детей. Невольно задумываешься над будущим общины…
