«Событий настолько много и они настолько плохие – и с точки зрения ожиданий, и прогнозов, и контекста. Но давайте сегодня я не буду давать оценок происходящему, поскольку после трех месяцев отсутствия хочу сказать спасибо всем тем людям, которые не только по моему делу, но и по делам сотен политзаключенных постоянно проявляют внимание, помнят о них и выражают солидарность», – заявил в беседе с журналистами заместитель председателя Республиканской партии Армении Армен Ашотян.
Он отметил, что во время его предыдущего ареста политических заключенных было меньше.
«Человеку просто неловко говорить о своем домашнем аресте, когда от Гагика Царукяна до Арегназ Манукян, от Роберта Кочаряна до Андраника Теваняна, от моего друга Саргсяна до Ашота Ерката… То есть люди испытывают проблемы в буквальном, «решеточном» смысле этого слова.
Домашний арест приравнен к заключению, пусть никто не думает, что это какой-то облегченный режим. Но я хочу сказать, что, к сожалению, вам не показывают тюремные камеры. Люди, находящиеся в камерах, политзаключенные нуждаются в психологической поддержке. Людям, находящимся в этих 12-метровых камерах, нужна психологическая поддержка.
Сегодня в Армении очень многие вещи стали обыденными: беззаконие, заключение под стражу, безнравственность. Нам открыли не окно Овертона, а стеклянную дверь. Ничего из происходящего не является нормальным, и никто не отменял старые добрые нормы воспитания, которые мы получили от наших родителей, – что добро и зло, черное и белое отличаются друг от друга».
Ашотян подчеркнул, что ему есть что сказать о нынешней действительности, особенно в контексте деятельности оппозиции:
«За это время я общался письменно, писал тексты, аналитические материалы, но действительно хочу однажды от души поговорить с оппозицией, с обществом. Понятно, что делает власть, но что способна делать оппозиция?
Я не хочу разделять парламентскую и внепарламентскую оппозицию. Я хочу сохранить на дереве тот зеленый росток, чтобы все думали, что оппозиция засохла, но чтобы этот росток все равно дал побег, чтобы его сохранили.
В нынешней реальности необходимо продолжать сопротивляться. Я сказал своим друзьям: 100 дней я не буду критиковать парламентскую оппозицию. Первые 30 дней уже прошли».
Aysor.am
