В 2002 году сборная Южной Кореи под руководством нидерландского специалиста Гуса Хиддинка произвела настоящий фурор на домашнем чемпионате мира: сенсационно добралась до полуфинала. Правда, этот исторический успех оказался омрачен крайне предвзятым судейством в пользу хозяев в матчах со сборными Италии в 1/8 финала и Испании в четвертьфинале.
ИТАЛЬЯНЦЫ, СОГЛАСНО ВСЕМ ПРЕДМАТЧЕВЫМ РАСКЛАДАМ, ДОЛЖНЫ БЫЛИ ПРОХОДИТЬ ДАЛЬШЕ. Однако все сложилась иначе благодаря «стараниям» главного арбитра из Эквадора Байрона Морено. В начале матча он назначил весьма спорный пенальти в ворота Джанлуиджи Буффона, однако итальянский голкипер парировал удар Ан Джон Хвана.
Когда спустя восемь лет Морено задержали в нью-йоркском аэропорту имени Джона Кеннеди с шестью килограммами героина, спрятанного в нижнем белье, Буффон с иронией заметил: «Полагаю, в 2002 году у него уже было шесть килограммов наркотиков, но не в нижнем белье, а в организме».
У знаменитого голкипера, безусловно, были основания для подобной шутки. После того как команды обменялись голами в основное время и матч перешел в дополнительное, Морено устроил на поле настоящий судейский беспредел.
На 103-й минуте нападающий «Скуадры адзурры» Франческо Тотти ворвался в корейскую штрафную и упал после подката защитника. Пенальти в этом эпизоде не было, равно как и симуляции. Однако Морено посчитал иначе и показал итальянцу желтую карточку, ставшую второй.
Спустя несколько минут Вьери отдал отличную передачу на ход Дамиано Томмази, который выбежал один на один с вратарем и отправил мяч в сетку. На ЧМ-2002 действовало «правило золотого гола», поэтому южнокорейцы должны были вылететь из турнира – никакого офсайда у Томмази не было. Однако судейская бригада во главе с Морено разглядела положение вне игры
В итоге итальянцы сами пропустили золотой гол – на 117-й минуте, когда до серии пенальти оставалось совсем немного. Невысокий Ан Джон Хван неожиданно выиграл борьбу за верховой мяч у самого Паоло Мальдини и головой отправил мяч в ворота Буффона – 2:1.
На следующее утро первые полосы итальянских газет буквально полыхали заголовками о футбольном «воровстве» и «убийстве». А Ан Джон Хван моментально стал на родине национальным героем. «Помню, что меня окружало так много фанатов, что я просто не мог выйти на улицу», – рассказывал он много лет спустя.
По удивительному стечению обстоятельств клубом Ан Джон Хвана на тот момента была итальянская «Перуджа». На следующий же день после вылета Италии с чемпионата мира президент «Перуджи» Лучано Гауччи расторг контракт с футболистом, сопроводив решение весьма эмоциональным заявлением: «Этот человек не должен больше и близко подходить к нашей команде. Я уже отдал распоряжение не предоставлять ему никакой возможности вернуться.
Он заиграл феноменально только тогда, когда дело дошло до матча против сборной Италии. Я патриот и считаю его действия не только унижением моей итальянской чести, но и оскорблением страны, которая открыла ему свои двери два года назад.
В нашем клубе он выступал в качестве скромного персонажа второго плана, а в своей сборной заиграл так, как будто прилетел с другой планеты. Мы помогли ему вырасти в нашем футболе, а в итоге понимаем, что разрушили себя своими же руками. Я больше не намерен платить зарплату тому, кто разрушил итальянский футбол».
Однако вскоре руководство «Перуджи», похоже, осознало, что погорячилось. Клуб направил в штаб-квартиру «Пусана», которому принадлежали права на игрока, факс с предложением официально выкупить Хвана за $1,6 миллиона.
Но теперь уже сам кореец не захотел возвращаться. «Я больше не буду обсуждать переход в «Перуджу», которая сделала выпад в мой адрес вместо того, чтобы поздравить меня с голом, забитым на чемпионате мира», – сказал тогда Ан Джон Хван.
А генеральный секретарь Азиатской конфедерации футбола Питер Веллапан заявил, что договорился с руководителями национальных федераций Китая, Японии и Кореи о том, что больше ни один футболист этих стран не будет вести переговоры с «Перуджей».
