Семен Бабаян представил в Комиссию по предупреждению коррупции заявление с требованием возбудить дело по поводу озвученного Николом Пашиняном 11 июня заявления. Речь о неоднократно приведенном в наших публикациях утверждении, дескать, 100% голосов, полученных ГД по итогам выборов 7 июня, являются «органичными», тогда как голоса, полученные другими силами, «на 100% являются результатом подкупа избирателей».
В ОБРАЩЕНИИ БАБАЯНА УКАЗАНО, ЧТО ПРЕМЬЕР-МИНИСТР НАРУШИЛ 28-ю СТАТЬЮ ЗАКОНА «ОБ ОБЩЕСТВЕННОЙ СЛУЖБЕ», которая предусматривает политическую сдержанность, соблюдение правил поведения, а также обязанность уважать честь и достоинство граждан. Комиссия изучила заявление Бабаяна и ответила, что «слова премьер-министра содержали некое преувеличение, однако оно содержалось в высказывании по поводу представлявших общественный интерес вопросов». Кучерявая формулировка: под «преувеличение» можно подвести, что угодно…
Пашинян прямым текстом обвинил порядка 600 тыс. граждан во взяточничестве, а комиссия взяла и… ответила Бабаяну. И не просто так, а с опорой на Конституцию, Европейскую Конвенцию и прецедентное право Европейского суда по правам человека, а все ради того, чтобы «с широко закрытыми глазами» игнорировать очевидное, а именно: Пашинян озвучил оскорбительное обвинение в адрес части избирателей в ходе брифинга, причем, сделано это было открытым текстом.
Комиссия в своем ответе отметила, что в контексте политических дискуссий и в контексте вопросов, имеющих широкое общественное звучание, «границы свободы выражений гораздо шире». «Гораздо шире» — это, когда взял и обвинил всех, кто не проголосовал за ГД, в получении взятки, то есть, объявил на всю страну продажными! Мы-то «по наивности» полагали, что Пашинян озвучил данное обвинение от избытка ненависти к своим политическим оппонентам и чувства безнаказанности, а оказалось, что по причине «широких границ свободы выражений». Как же мы проглядели этот «весомый фактор», «границы свободы выражений» после выборов 7-го июня стали шире, а мы об этом ничего не знали… Спасибо, комиссия просветила…
Почему эта «широта границ» стала прерогативой Пашиняна и ГД, остальных подвергали приводам и арестам за «распространение слов ненависти»! Или «слова ненависти» — это у рядовых смертных, а у Пашиняна просто границы высказываний широкие. Как же в этих широких границах «страстному оратору» (так себя назвал Пашинян) воздержаться от публичных угроз «уничтожить», «опустить на колени», «превратить в бомжей» своих политических противников! Во время брифинга 11 июня границы свободы высказываний расширились до оскорбления сотен тысяч избирателей. До выборов Пашинян оскорблял и унижал только лидеров «3-головой партии войны», которая существует только в его воспаленном воображении, после выборов границы стали шире, и оскорбления распространились на сотни тысяч сограждан!..
ДАЛЬШЕ — СМЕШНЕЕ. КОМИССИЯ В НАЗИДАНИЕ ВСЕМ, КТО РЕШИТ ПОСЛЕДОВАТЬ ПРИМЕРУ БАБАЯНА, РАЗЪЯСНИЛА, что заявления должностных лиц, которые содержат отклонения от сдержанности по причине «широких рамок», могут считаться нарушением норм поведения только в случае личного оскорбления. Если даже в комиссию обратятся все 600 тыс. граждан, проголосовавших за оппозиционные силы, если даже они подпишут совместную петицию, то есть, зафиксируют на бумаге свои фамилии и адреса, то комиссия и тогда не будет иметь к Пашиняну никаких претензий, ведь он никого по имени не назвал. Отсюда вывод, что Пашинян никого не обидел и норм приличия не нарушил.
Кстати, 18 мая в Арабкире он назвал по имени и фамилии второго президента Роберта Кочаряна и пригрозил его «уничтожить». Дело было во время словесной перепалки с Арпине Согоян из Арцаха. Кочарян процитировал это заявлении в суде, — реакция была такая же, как у Комиссии по предупреждению коррупции. Разумеется, комиссия требование Бабаяна отклонила, подтвердив, что занята обслуживанием интересов Пашиняна.
Бывший политзаключенный Артур Осипян представил в гражданский суд Первой инстанции Еревана иск с требованием обязать Пашиняна опровергнуть публично озвученные ложные сведения и принести ему извинения. 18 мая в общине Арабкир Пашинян назвал Осипяна «сбежавшим», хотя Осипян находился во время 44-дневной войны на переднем крае боевых действий.
За заданный Пашиняну вопрос Осипяна в тот же день задержали, затем подвергли аресту по обвинению в том, что он, якобы, препятствовал предвыборной агитации лидера ГД, публично призывал к насилию и хулиганил. В тюрьме он объявил голодовку. 10 июня Осипяна опустили на свободу…
Не стану гадать по поводу решения суда Первой инстанции, ведь Пашинян не станет извиняться ни перед Осипяном, ни перед 600 тыс. согражданами, ни перед теми, кого уложил на асфальт и грозился уничтожить, ведь все его угрозы уже объяснили «политическим смыслом», а оскорбления — «широкими границами свободы выражений». Когда дело касается рядовых граждан, то речь идет о «словах ненависти», а, когда эти слова произносит Пашинян, то – это свобода выражений в широких границах, ну, в о-очень широких. Напомню, что, когда границы теряются, то это явление называется «беспредел»…
