В своей статье «Настоящий урок многолетнего конфликта Америки с Ираном», опубликованной в «The American Conservative», старший научный сотрудник Центра международной политики Сина ТУСИ отмечает, что нынешнее обострение отношений между США и Ираном стало не случайностью, а закономерным итогом многолетней американской политики давления.
Автор напоминает, что Дональд Трамп пришёл в Белый дом с обещанием прекратить «бесконечные войны» США, однако вместо этого оказался вовлечён в новый конфликт, фактически направленный на смену власти в Тегеране. Как пишет аналитик, война быстро превратилась в затяжное противостояние, «втянув Соединённые Штаты в бесконечный цикл взаимных ударов, экономических блокад и нарастающей конфронтации вокруг Ормузского пролива — без какого-либо правдоподобного военного пути к победе». По мнению Туси, нынешний кризис — лишь проявление более глубокой проблемы: Вашингтон вновь делает ставку на стратегию, которая на протяжении десятилетий неизменно приводила к результатам, противоположным ожидаемым.
Туси ссылается на собственное исследование «За пределами максимализма», в котором анализирует американскую политику в отношении Ирана — от скандала «Иран-контрас» до ядерной сделки 2015 года, кампании «максимального давления» и сегодняшней войны. Главный вывод исследования заключается в том, что «нынешняя катастрофа не была неизбежной». Она стала следствием стратегии, которая «систематически переоценивала возможности принудительной политики США и одновременно недооценивала реакцию Ирана».
Первая ошибка: неправильное понимание Ирана
По мнению Туси, американская политика десятилетиями строилась на ошибочном представлении об Иране как об иррациональном государстве, движимом исключительно идеологией.
«Первой ошибкой стало восприятие Ирана как иррационального идеологического игрока, а не государства, преследующего то, что оно считает собственными интересами безопасности», — пишет аналитик, при этом подчеркивая, что вовсе не считает Иран образцом миролюбия и отмечая, что Тегеран поддерживает вооружённые группировки на Ближнем Востоке, подавляет внутреннюю оппозицию и проводит политику, которая нередко подрывает региональную стабильность.
Однако, отмечает Туси, эти обстоятельства не отменяют того факта, что иранское руководство действует рационально и исходит прежде всего из соображений безопасности. Поддержка «Хезболлы», по словам аналитика, долгие годы служила инструментом сдерживания Израиля. Развитие иранской ядерной программы ускорилось после того, как Соединённые Штаты вышли из соглашения 2015 года. Наконец, стремление Тегерана укрепить своё влияние в Ормузском проливе также объясняется прагматическими расчётами.
Как пишет Туси, Иран пришёл к выводу, что американские обещания смягчить санкции могут быть в любой момент отменены. Поэтому контроль над важнейшей энергетической артерией мира рассматривается в Тегеране как наиболее надёжная гарантия безопасности.
«Не обязательно одобрять какую-либо из этих политик, чтобы признать: за ними стоит определённая стратегическая логика», — подчёркивает автор.
Вторая ошибка: американская одержимость Ираном
Второй фундаментальной ошибкой американской внешней политики Туси считает чрезмерную концентрацию внимания на Иране. Он обращает внимание на несоответствие между реальными возможностями страны и тем местом, которое она занимает в стратегическом мышлении Вашингтона.
По словам автора, экономика Ирана сопоставима по размерам с экономикой американского штата Коннектикут, а военные расходы значительно уступают бюджетам США и их союзников. Тем не менее на протяжении почти 50-ти лет американские администрации рассматривали Иран как одного из главных противников Соединённых Штатов и тратили огромные дипломатические, политические и военные ресурсы на его сдерживание.
«Результаты снова и снова оказывались противоположными ожиданиям Вашингтона», — отмечает аналитик, в качестве примера приводя вторжение США в Ирак, которое уничтожило главного регионального соперника Ирана и одновременно расширило влияние Тегерана в Багдаде. Выход Вашингтона из ядерного соглашения 2015 года, по мнению автора, не остановил иранскую ядерную программу, а лишь ускорил её развитие и усилил позиции наиболее жёстких политических сил внутри страны.
Кампания «максимального давления», проводившаяся во время первого президентского срока Трампа, также не принесла желаемых результатов. Вместо капитуляции Иран начал активнее сближаться с Россией и Китаем.
Возобновление конфликта, по мнению автора, лишь укрепило убеждение иранских властей в том, что они не могут строить свою безопасность на обещаниях будущего смягчения санкций.
Почему давление не работает
Особое внимание автор уделяет возобновлению экономической блокады Ирана. По его словам, американская администрация вновь рассчитывает добиться политических уступок с помощью экономического давления. Однако исторический опыт свидетельствует об обратном. «Экономическое удушение вновь рассматривается как средство добиться политических уступок», — пишет аналитик. Но новое давление, скорее всего, не приведёт к капитуляции Ирана. Напротив, оно убедит Тегеран в необходимости удерживать все оставшиеся рычаги влияния, прежде всего Ормузский пролив.
Туси предупреждает, что дальнейшая эскалация конфликта опасна не только для Ирана, но и для самих Соединённых Штатов. По его словам, Америка вступает в новый кризис с низкими стратегическими запасами нефти, а мировые энергетические рынки сегодня гораздо более напряжены, чем во время предыдущих конфликтов.
Дипломатия требует взаимности
Одним из главных препятствий для переговоров автор считает асимметричность требований Вашингтона. США требуют от Ирана отказаться от ключевых инструментов влияния — ядерной программы, ракетных технологий, беспилотников и контроля над Ормузским проливом — в обмен на экономические уступки, которые американские власти могут отменить в любой момент.
«Вашингтон продолжает требовать от Тегерана постоянных уступок в обмен на обязательства, которые иранское руководство всё чаще воспринимает как временные», — подчёркивает аналитик. Именно поэтому, считает он, дипломатия может быть успешной только в том случае, если будет строиться на взаимных гарантиях и реалистичном понимании интересов обеих сторон.
«Военного решения этой проблемы не существует»
«Военного решения этой проблемы не существует. И никогда не существовало», — пишет Туси. Цель США должна заключаться не в безоговорочном подчинении Ирана и не в поиске окончательной победы, а в управлении долгосрочным соперничеством таким образом, чтобы снизить риск распространения ядерного оружия, региональной войны и экономических потрясений. Для этого Вашингтон должен отказаться от иллюзии, будто усиление давления сделает Иран более уступчивым, и перейти к политике, основанной на «стратегическом реализме, взаимной дипломатии, региональной интеграции и долгосрочном снижении рисков».
«Главный урок почти полувекового конфликта Америки с Ираном заключается не в том, что Вашингтону не хватало военной силы или экономических рычагов. Он состоит в том, что эти инструменты снова и снова использовались для достижения политических целей, которых они в действительности не могли обеспечить», — резюмирует автор. И пока этот урок не будет усвоен, США рискуют «продолжать выигрывать отдельные сражения, проигрывая более широкое стратегическое соперничество».
