«Если Никол останется у власти, вероятность войны не снижается — наоборот, она возрастает», — говорит в интервью «ГА» военно-политический аналитик Айк НАГАПЕТЯН.
— Как оцениваете ситуацию перед выборами и нарратив власти о том, что если она не воспроизведется, будет война?
— Будет в реальности война или нет? Давайте разбираться. В регионе, где озвучен формат 3+3 (три республики Южного Кавказа и Россия — Турция — Иран), решающий фактор не принадлежит Азербайджану. Азербайджан не может самостоятельно принять решение и начать против Армении военные действия. Тем более — заранее решить, что начнет военные действия в сентябре. То, о чем говорит Пашинян, — это явная ложь. По сути, он транслирует следующую конструкцию: если он не воспроизведется во власти, будет война. Почему? Потому что он готов уступить Азербайджану «все и вся», и, согласно его логике, если ты все уступаешь, Азербайджан получает желаемое — и войны, соответственно, не будет.
Однако у Алиева существует целый пакет требований, и он открыто о них говорит. Поэтому логика Пашиняна выглядит так: если произойдет смена власти, Алиев не откажется от своих требований — тех самых требований, которые он предъявляет Пашиняну. При этом Пашинян, по всей вероятности, уже дал определенные обещания: после выборов, не сразу, но поэтапно, он выполнит весь этот пакет уступок.
Если же произойдет смена власти и Пашинян не воспроизведется, новые власти, скорее всего, не станут выполнять требования Алиева. Тогда, как рассуждает Пашинян, произойдет следующее: поскольку требования не будут выполнены, Алиев, пользуясь военным превосходством Азербайджана, начнет войну и силой возьмет то, что требует.
Такова его логика. Отсюда и прямой вывод: Пашинян готов уступить, о чем говорит как прямо, так и косвенно.
— Что именно он будет уступать?
— То, что Армения в ближайшем будущем должна отказаться от Декларации независимости и «забыть» про Арцах, для Алиева важно, но это не главный приоритет. Его приоритет — внедрение в Армению 300 тысяч азербайджанцев. Причем Алиев уже давно изменил эту цифру в своей риторике, превратив ее в миллион. Он открыто говорил об этом в Вашингтоне. Для него это ключевой пункт, потому что захват Армении возможен не только военным путем, но и поэтапно — через демографическую трансформацию. Если этот процесс будет запущен, параллельно неизбежно начнется волна эмиграции из Армении. То есть стратегически становится понятно, чего добивается Алиев.
Далее, когда встанет вопрос территорий, Алиев поднимет тему репараций, которую он уже озвучивал на разных международных площадках. Фигурировала сумма в 160 миллиардов долларов — очевидно, что Армения не сможет выплатить такие средства. Алиев будет действовать последовательно: либо деньги, либо территории — если денег нет. Можно предположить, что в таком случае речь пойдет о территориях вокруг Севана и о части самого озера, поскольку для Азербайджана сегодня крайне остро стоит проблема питьевой воды, которой располагает Армения.
Теперь о войне. Начало войны зависит не от Алиева. Решение принимают совсем другие игроки: с одной стороны, Британия и страны Европы, с другой — США, и с третьей — Иран. На данный момент ни одна из этих сторон не формирует повестку войны между Азербайджаном и Арменией. Более того, сегодня американцы планомерно вытесняют британцев из региона, в частности, из Армении. Изначально то, что сегодня называют «маршрутом Трампа», было британским проектом.
— Американцы перехватили?
— Именно так. Сейчас США пытаются вытеснить Британию и занять ключевые позиции: стать не только контролерами транспортных коммуникаций, но и контролерами экспорта нефти и газа, который осуществляется не только Азербайджаном. Более того, американцы стремятся иметь собственное присутствие на Каспии — вплоть до флота. Это означает, что британское влияние в Азербайджане постепенно будет вытесняться и заменяться американским. Цель США — усиление американского фактора в странах, соседствующих с Ираном. Для Вашингтона главный вопрос — Иран, а не Азербайджан.
Что касается Армении, то значительная часть процессов в стране уже находится под курацией Франции и Запада. У каждого, условно говоря, свои «куски пирога»: что-то контролирует, скажем, Британия, что-то Франция, что-то — США. Они между собой не конфликтуют, потому что Армения для них — инструмент, а не самостоятельный субъект.
Когда война может стать реальностью? Только в том случае, если произойдет серьезный конфликт интересов, прежде всего между США и Ираном. Если США не откажутся от идеи решить вопрос Ирана военной силой, не подпишут договор и попытаются осуществить против Ирана наземную операцию, используя сопредельные страны для накопления техники, войск и инфраструктуры, одной из таких стран станет Азербайджан. А если Азербайджан станет участником военных действий против Ирана, Армения в той или иной степени окажется вовлечена в театр военных действий. В этом контексте Сюник приобретет для Азербайджана стратегическое значение. И тогда, чтобы обеспечить бесперебойную связь Азербайджан — Нахиджеван, Баку попытается взять Сюник силой. Это произойдет при молчаливом согласии США, поскольку подобный сценарий объективно выгоден именно американцам.
Далее, по поводу лапши, которую Пашинян вешает на уши народу. Ранее мы уже видели похожую схему. Перед тем, как сдавать территории, Пашинян заявлял, дескать, если не сдать по демаркации и делимитации территории (Киранц, Тавуш), которые якобы принадлежат Азербайджану (что является ложью), то «завтра начнется война», которую развяжут Баку и Анкара. Теперь он снова воспроизводит ту же модель: говорит об угрозе войны и утверждает, что единственным спасением является его сохранение у власти. Однако если смотреть глубже, реальная угроза войны существует именно при Пашиняне.
— Почему?
— Потому что, если он сдает территории, Азербайджан начинает воспринимать всю Армению как свою «историческую землю». Алиев неоднократно говорил об этом открыто. Их цель — вся Армения.
Далее, после всех мыслимых уступок, которые сделает Пашинян, в какой-то момент общество неизбежно взорвется. Если людей начнут выгонять из своих домов и будет массовый наплыв азербайджанцев, которые потребуют территории для расселения, это вызовет масштабный протест среди граждан Армении. И в такой ситуации я не исключаю военные столкновения, целью которых станет силовое подавление сопротивления армянского общества. То есть суть заключается в следующем: если Пашинян останется у власти, вероятность войны не снижается — наоборот, она возрастает.
— А если власть сменится, каким образом это отразится на ситуации?
— Очень просто. Будут реанимированы четыре трехсторонних соглашения между Арменией, Азербайджаном и Россией. Эти документы имеют юридическую силу, никто их не отменял. И, кстати, в этих документах де-юре существует Арцах, существует Лачинский коридор. У нас на руках есть юридическая база. Если Армения будет последовательно добиваться реализации этих документов, у нее появятся серьезные козыри.
Первой задачей новой власти, чтобы предотвратить любые дальнейшие посягательства Азербайджана на армянские территории, должен стать обновленный военный договор с Россией. Кроме того, Армения должна запустить серьезный процесс в рамках военно-технического сотрудничества с Ираном.
