Автор данной статьи
– армянский писатель, основатель футуризма в армянской литературе Кара-Дарвиш (Акоп
Генджян, 1872-1930).
Статья была издана
в тифлисской армянской газете «Мартакоч» («Призыв к бою») в
1923 г. (6 октября) и описывает знакомство армянского писателя с известной американской
танцовщицей Айседорой Дункан (1878-1927). Знакомство состоялось в Тифлисе в
1923 г., в период, когда Айседора Дункан жила в Советском Союзе, будучи замужем
за Сергеем Есениным.
КАРА-ДАРВИШ
ТАНЦОВЩИЦА-РЕВОЛЮЦИОНЕРКА
(У Айседоры
Дункан)
Вчера я посетил
Айседору Дункан, создательницу новой танцевальной эстетики,
танцовщицу-революционерку. Я был очарован ее танцем.
И МОИ ПЕРВЫЕ СЛОВА
К НЕЙ БЫЛИ: «Если
бы вы уехали и я не имел возможности познакомиться с вами, я считал бы себя
несчастным. Своим танцем вы произвели на меня такое же ошеломляющее
впечатление, как и ваш бессмертный американский поэт Уолт Уитмен, когда я
впервые познакомился с его сочинениями».
Дункан сладко улыбнулась и с каким-то особенно нежным
чувством сказала по-русски: «О мой милый Уот!».
Передо мной стояла типичная американка, со светлыми
волосами и голубыми глазами.
Грусть и эмоции глубоких размышлений отражались в ее
глазах.
Похоже, память о своих детях, утонувших в реке Сена, была
еще жива в ее душе.
– Россия привлекла меня идеей коммунизма, и здесь, в
революционной стране, больше, чем в любом другом месте, поймут мой танец.
– Нет, я не танцую, у меня нет танца, каждый раз я создаю
его вновь и вновь. Танцуй я тысячу раз, мой танец был бы тысячеликим.
Творческий подход всегда был сутью ее танцевального
искусства.
Она не принимает «закостенелый» танец,
выступает против каждого
«закостенелого» танца у каждого народа и особенно против
балета.
Интернационал — лейтмотив ее танца. Это танец, общий для
всех людей, принадлежащий лишь человеку, основанный на свободных, небрежных
движениях — вот основной принцип ее искусства. И естественное движение.
– Что вы думаете о наших кавказских, азиатских танцах? —
спросил я.
– Ваши танцы похожи на египетские, но в то же время они
потеряли свою первоначальную, естественную форму, закостенели, в них
отсутствует ритм свободного, творческого импульса.
– Хотелось бы, чтобы вы побывали в Армении: там бы вас
полюбили, приняли хорошо.
— К сожалению, в настоящее время это связано с большими
затратами, посему я не могу разъезжать по странам, но все же надеюсь побывать
там в будущем.
ДУНКАН ПРИЕДЕТ К
НАМ ВМЕСТЕ СО СВОЕЙ ГРУППОЙ, СВОИМИ УЧЕНИКАМИ. Тем не менее я чувствовал, что
гениальная Дункан проживает последние годы своей сценической жизни. Она уже
была в прошлом, хоть и не потеряла еще свежесть и зрелость, однако тяжелая и
каторжная жизнь странствующей артистки уже не для нее.
Тем не менее она по-прежнему правит танцевальной сценой и
еще может доставить много впечатляющих эстетических минут широкой
общественности. Во время турне она с особым удовольствием выступает перед
рабочими и трудовыми массами. Так, в Баку она специально для рабочих
организовала четыре закрытых выступления.
Один из вечеров прошел в рабочем театральном зале
Нахаловки. Рабочие везде принимают ее с огромным энтузиазмом. У Айседоры было
горячее желание иметь студентов отовсюду, особенно из пролетариев. Группа
учеников из Баку вскоре поедет к ней в Москву.
Было бы предпочтительно отправить также стипендиатов из
Армении. Для новых, революционных времен
нам тоже полагается иметь новый, революционный танец. Интернационал танца.
Дункан – великая преподавательница этого танца. Так научимся у нее ее танцу.
Перевод с
армянского Арцви БАХЧИНЯНА
