«Позиция Ирана может создать для Армении возможность сохранить суверенный контроль над дорогой, предусмотренной проектом «Маршрут Трампа», и не допустить экстерриториальных решений, — подобное мнение выразил политолог Ара Погосян в программе «Абовян time» на радио Sputnik Армения. И далее: «Это возможность попытаться хотя бы частично нейтрализовать турецко-азербайджанскую концепцию. А их восприятие таково – путь через TRIPPне должен подвергаться произвольным ограничениям со стороны Армении, как они это называют… Соглашение по TRIPPпоявилось не по нашей воле, это навязанная нам формула компромисса. Если бы это не было навязано нам, армянская сторона не стала бы по собственной инициативе предлагать свою территорию в аренду, да еще и обсуждать, где будет таможенный контроль и будет ли он вообще».
ПРИ ВСЕМ УВАЖЕНИИ, ПОЗВОЛИМ СЕБЕ НЕ СОГЛАСИТЬСЯ С МНЕНИЕМ ПОЛИТОЛОГА о том, что обеспокоенность Тегерана проектом TRIPP может помочь Еревану сохранить суверенный контроль над маршрутом и предотвратить его экстерриториальность. Ибо дело не в том, что думает Иран о TRIPP, дело в том, что именно подписала Армения. По словам Погосяна, соглашение стало результатом компромисса, навязанного внешними силами. Тогда каким образом недовольство Тегерана может изменить документ, который уже подписан, одобрен правительством Армении и даже передан на ратификацию?
Власти повторяют слово «суверенитет» по любому поводу, включая пресловутый «Маршрут Трампа», и армянское общество слышит это слово за завтраком, обедом и ужином на протяжении многих месяцев. Оно же, это слово, многократно повторяется в тексте рамочного соглашения между Арменией и США. Но когда читаешь документ, видишь совсем иную картину. Компания TRIPP Development Company, которой предстоит управлять проектом, будет на 74 % принадлежать американской стороне и лишь на 26% — Армении. Американская структура получит исключительные права на развитие, эксплуатацию и обслуживание инфраструктуры сроком на 49 лет с возможностью продления еще на полвека. И речь идет не только о дороге, но железнодорожных линиях, трубопроводах, энергосетях, и т.д. Армения обязуется решить вопросы с землей, освободить ее от любых прав третьих лиц, причем за свой счет.
Да, формально территория останется армянской. Но в каком месте здесь проглядывается суверенитет, если решающий голос в вопросах управления получает структура, находящаяся под контролем иностранного государства? Армянский флаг будет развеваться над определенным участком земли – это показатель суверенитета?
В соответствии с пунктами соглашения, Армения заранее соглашается изменить собственное законодательство таким образом, чтобы оно соответствовало положениям TRIPP – это называется суверенитетом? Причем речь идет не о мелочах, а о сфере госзакупок, акционерного права, государственно-частного партнерства. Что касается границы и таможни, то и здесь много слов о суверенитете – при том, что документ одновременно предусматривает участие частных операторов в обслуживании пограничной инфраструктуры и создание системы, призванной обеспечивать бесперебойную работу маршрута. То есть, выходит, Армения сохраняет символы суверенитета, но львиная доля управленческих механизмов переносится в структуры, где решающий голос принадлежит не ей.
И НА ЭТОМ ФОНЕ КАКОЕ, ПОЗВОЛЬТЕ СПРОСИТЬ, «ОКНО ВОЗМОЖНОСТЕЙ» ОТКРЫВАЕТ ИРАН? Да, Иран недоволен, он этого и не скрывает – вспомним неоднократные заявления по TRIPP, озвученные иранским руководством. Но, что, Иран в состоянии вернуть Армении полномочия, которые она добровольно передает американцам в рамках международного соглашения? Вы серьезно?
Причем, если «окно возможностей» и существовало, то разве что в период между началом переговоров и подписанием документа, а не сейчас, когда оно уже захлопнулось. Теоретически влияние Тегерана могло бы проявиться, повторимся, в период, когда соглашение ещё не было окончательным, детали продолжали обсуждаться и при условии наличия у Ирана реальных инструментов экономического, военного, дипломатического давления на США, Азербайджан и Турцию. И самое главное, если сама Армения была бы готова использовать иранскую позицию как аргумент на переговорах. Заявив, например, американцам, туркам, азербайджанцам, кому бы то ни было: «Мы не можем согласиться на ваши условия, потому что они дестабилизирует регион».
А сегодня, когда все ключевые рычаги уже переданы американской стороне, а механизм управления TRIPP прописан так, что Ереван почти ничего не решает самостоятельно, позиция Тегерана ничего не меняет, равно как и позиция Москвы или Брюсселя.
Еще раз: никто не способен вернуть Армении те полномочия, от которых она отказывается собственноручно. И если соглашение по TRIPP, как заявляет Ара Погосян, было навязано Армении извне, то бороться за суверенитет следовало не после его подписания, а до него. Точка.
