С подписанием мирного меморандума между США и Ираном геополитическая ось региона окончательно сместилась. В то время как у южных границ Армении формируется новый центр силы — Иран, располагающий в перспективе сотнями миллиардов долларов размороженных активов и репараций, — официальный Ереван продолжает дрейф в прямо противоположную сторону. Ключевая проблема сегодняшней повестки армянских властей заключается не в инерции или оглядке на традиционные центры силы, а в агрессивном продвижении турецкой политики в регионе и на территории самой Армении. На фоне этого курса стратегический разворот к Тегерану превращается из внешнеполитической опции в императив физического выживания.
Политическая реальность: турецкий проект под видом мира
Анализ экспертов (например, таких как доктор политических наук Армен Айвазян в интервью Микаелу Барсегяну в «ГА») не оставляет сомнений в том, что в Анкаре и Баку именуют (а после прошедших выборов в Армении, результаты которых оспариваются, даже не скрывают ) «Туранским коридором»(«Маршрут Трампа» — TRIPP), является прямым продолжением пантюркистской экспансии.
В ИРАНЕ ЭТОТ ПРОЕКТ НАЗЫВАЮТ «КОРИДОРОМ НАТО — ТУРАН». Тегеран прекрасно осознаёт: если коридор откроется и альтернативный маршрут через Армению будет утерян, Турция и Азербайджан смогут либо заблокировать все транспортные потоки из Ирана, либо поставить их под свой контроль. А Иран продвигает альтернативные проекты, такие как коридоры «Север — Юг» и «Персидский залив — Черное море», и проводит военные учения для демонстрации готовности защищать свои интересы.
Действующий режим в Ереване не только не оказывает сопротивления реализации турецкого проекта, но и создает для него благоприятную почву через демонтаж суверенных институтов, сдачу переговорных позиций и зачистку информационного поля от любой критики протурецкой повестки. Фактически Армению методично встраивают в логистику тюркского мира, принося национальные интересы в жертву чужим геополитическим амбициям.
Мирный меморандум Вашингтона и Тегерана наносит по этим планам сокрушительный удар. Четвертый пункт соглашения, обязывающий США вывести силы из прилегающих к Ирану районов в течение 30 дней, означает, что размещение американской военной инфраструктуры в Сюнике — необходимое условие реализации «коридора» — становится невозможным. Иран не устает подтверждать: он не потерпит у своих границ западного военного присутствия, оформленного под любой вывеской. Следовательно, единственной силой, способной сегодня обнулить турецкий проект физически и политически, выступает именно Тегеран.
Экономика: либо иранский подъем, либо турецкое поглощение
Экономическое возвышение Ирана — неизбежный процесс. Беспрепятственный экспорт нефти, транзитные сборы через Ормузский пролив и инвестиционный фонд объемом в 300 миллиардов долларов превратят страну в регионального экономического гиганта. Вопрос для Армении стоит ребром: сумеет ли она подключиться к этому подъему или останется сырьевым придатком на задворках турецкого проекта?
ПОКА ВЛАСТИ В ЕРЕВАНЕ ИМИТИРУЮТ ДИВЕРСИФИКАЦИЮ, на практике открывая (вновь) армянский рынок для турецких товаров и капитулируя по всем направлениям, Иран готов предложить совершенно иную модель взаимодействия. Тегерану жизненно необходима жизнеспособная, субъектная Армения — как альтернативный транспортный и энергетический коридор, свободный от тюркского контроля.
Именно этого и боятся в Анкаре: стратегический союз Еревана и Тегерана перечеркивает вековую мечту о фактически собственном тюркском поясе от Босфора до Каспия. Отказ армянской стороны от такого союза равносилен добровольному встраиванию в чужую экономическую систему с заранее предопределенной ролью младшего и бесправного партнера.
Корень проблемы: протурецкий вектор под маской комплементаризма
Распространенное заблуждение, будто беда Армении в равнении на Россию и Запад одновременно, уводит от сути. Настоящая угроза исходит от того, что действующая власть сделала ставку на обслуживание турецко-азербайджанских интересов.
ИМЕННО ЭТИМ ОБЪЯСНЯЕТСЯ И ФОРСИРОВАННАЯ «ДЕИДЕОЛОГИЗАЦИЯ» КАРАБАХСКОГО ВОПРОСА, и односторонние уступки в процессе делимитации, и стремление зачистить силовой блок от офицеров, сохранивших государственное мышление.
В новой реальности, когда Иран вышел из войны сильнее, а его зона влияния стремительно расширяется от Пакистана до Южного Кавказа, проведение протурецкой линии становится не просто ошибочным — оно превращается в проявление прямой государственной измены. Тегеран готов и способен обеспечить безопасность Сюника, сдержать притязания Баку и Анкары, но ему нужен договороспособный и суверенный партнер, а не проводник чужой воли. Заключение стратегического военно-политического союза с Ираном — вот единственная альтернатива тому турецкому коридору, который армянское руководство сегодня, осознанно или нет, прокладывает через территорию собственной страны. Медлить больше нельзя: Иран свой выбор сделал, очередь за Ереваном.
Левон КАЗАРЯН, студент 3 курса факультета международной журналистики филиала МГУ в Ереване
