Дней этак десять тому назад в НС Армении произошел ошеломительный по своему содержанию обмен мнениями между оппозиционным депутатом и главой министерства с несуразно-длинной аббревиатурой в названии. Представитель фракции «Армения» Артур Хачатрян с иронией уличил Жанну Андреасян в некомпетентности, а также обвинил в том, что возглавляемое ею министерство фактически наплевало на судьбу армянских культурно-исторических памятников Арцаха.
МИНИСТЕРША, ЯВНО ОБИДЕВШИСЬ ЗА ВЫПАД О НЕКОМПЕТЕНТНОСТИ, В СВОЮ ОЧЕРЕДЬ ПОСТАВИЛА В ВИНУ ДЕПУТАТУ якобы отсутствие у него такта и этических норм, а по поводу арцахского наследия, ничтоже сумняшеся, заявила, что ее ведомство в ответе лишь за те памятники страны, которые находятся по эту сторону суверенных границ страны. Дескать, министерство является ведомством Республики Армении, а, следовательно, должно заниматься культурой, образованием, спортом и чем-то там еще исключительно в переделах страны.
Получается, что культура, образование, наука имеют четко очерченные политико-географические границы вопреки тому, чему учили нас в детских садах, школах и университетах. Доехал до контрольно-пропускного пункта где-нибудь в Баграташене — и все: твоя культура закончилась, а наука за шлагбаумом и вовсе другая — заграничная. Или заглянул на другой берег Аракса, а там твоей культуры совсем не видать-не сыскать днем с огнем, как бы не таращились на тебя пустые глазницы разрушенных анийских храмов.
Ну, а об Азербайджане и говорить нечего! Твоя культура вообще заканчивается не у его границ, а за десятки и сотни километров до них, ибо, согласно Баку, у тебя и культуры-то никакой нет и отродясь не было. И вообще, культура — это такая субстанция, которую можно видеть и, соответственно, охранять и развивать только в пределах математически выверенного пространства, а вся находящаяся за его границами территория заполнена вакуумом армянского «бескультурья».
Доводы Андреасян невольно напомнили аргументацию другой одиозной дамочки из пашиняновского окружения — омбудсмена Анаит Манасян. В представлении этой особы права человека тоже подчиняются логике политико-географического пространства. Пока ты на армянской территории — у тебя есть права человека, а у омбудсмена — легитимные основания их защищать. А если вдруг ты каким-либо образом, даже насильственным, очутился по ту сторону границы – все, отечественный лимит на твои права истек и защищать их у омбудсмена нет никакого резона. Сиди себе в бакинских застенках и даже не мечтай о том, что защитник прав человека Армении вспомнит о тебе.
Только вот не надо нам объяснять, что Анаит Манасян могут не допустить к мониторингу условий содержания армянских заложников в Баку или к ревизии процессуальных механизмов бакинского судилища. А Жанну Андреасян уж точно призовут «идти лесом», если она вдруг потребует вернуть исконный облик собору Казанчецоц в Шуши или объявит войну Азербайджану за стертые армянские надписи в Гандзасаре. В конце концов никто не утверждает, что одна является омбудсменом Армении, Азербайджана и Арцаха в придачу, а другая прямо отвечает за состояние армянского культурно-цивилизационного наследия в Турции, России, Иерусалиме и где-нибудь еще.
НО ВЕДЬ НИКТО НЕ ОТМЕНЯЛ НИ В ПОЛИТИКО-ПРАВОВОЙ ПЛОСКОСТИ, НИ УЖ ТЕМ БОЛЕЕ В ОБЛАСТИ обыкновенной человеческой морали желание и возможность армянских чиновников попробовать хоть частично остановить либо ограничить беззакония, творимые перед глазами всего честного мира. Есть масса иных способов постараться воздействовать на беснующихся от собственной безнаказанности соседей.
Можно же омбудсменше Манасян связаться со своей азербайджанской коллегой и, где со ссылкой на универсальное международное право, а где чисто по-человечески, обращаясь как женщина к женщине, поднять вопросы условий содержания соотечественников и незаконности судилища над ними. Можно же, используя разнообразные способы, хоть на чуточку, хоть на самую малость принести пользу людям, чтобы они знали, что за них ведется борьба даже в самой безнадежной ситуации.
Может же Жанна Андреасян хотя бы продемонстрировать миру, что Ереван беспокоит дальнейшая судьба Гандзасара, Амараса, Дадиванка… Ведь, скажем, ЮНЕСКО создано в том числе для оформления таких запросов и требований, и указанная особа может туда обратиться в полном соответствии с регламентом организации и положениями международного права.
Какое имеет отношение суверенная территория Армении и ее политические границы к культурному наследию армян, щедро рассеянному по всему миру, защита которого должна входить в ее самые что ни на есть прямые обязанности? Можно ли представить себе, чтобы Италия молчала в тряпку, если бы к примеру, Франция назвала Леонардо да Винчи французским художником или бросила в горящий камин портрет Джоконды?
Можно ли вообразить, чтобы немцы безмолвно глазели на то, как русские в Калининграде решили вдруг пустить под бульдозер восточно-прусское архитектурное наследие или приписали бы Канту тамбовские корни?
Какие границы? Какая юрисдикция? Египет вот уже больше полувека судится со странами, в свое время растаскавшими его материальное культурно-историческое достояние по всем музеям мира и частным коллекциям. И выиграл десятки судебных процессов с обязательствами вернуть эти сокровища на их родину. Афины до сих пор требуют у Лондона вернуть Греции знаменитые мраморные барельефы Парфенона и во многом из-за них не желают поддерживать полноценные политико-дипломатические отношения с Великобританией.
ТАКИХ ПРИМЕРОВ ПО ВСЕМУ МИРУ МОЖНО ПЕРЕЧИСЛИТЬ ТЫСЯЧИ. А тут какая-то дамочка, неизвестно за какие заслуги оказавшаяся в кресле министра, вещает о том, что дескать, нет у нее ни прав, ни механизмов, ни обязанностей интересоваться тем, что творится с армянскими храмами и другими памятниками зодчества в Арцахе. Не ее, мол, это забота и ответственность. И заявляет она об этом нагло, цинично и, самое главное, трусливо.
Заявляет так, чтобы армянское общество, воспринимаемое ею и ее соратниками во власти как безмозглое и невежественное стадо, поверило в этот бред сивой кобылы, а азербайджанские власти удостоверились в очередной раз в трусливой покорности и антиармянской политике орудующей в Армении кодлы.
Трусость — главная черта этой власти и самое мерзкое ее проявление. Трусость кукушки из туманяновской сказки, которая бросает в лисью пасть своих птенцов не для того, чтобы якобы спасти остальных, а лишь ради спасения собственной шкуры.
Трусость перед азербайджанцами – позорное клеймо на челе этой власти наряду с вселенского масштаба лицемерием. И можно ли сомневаться в том, что доводы и прыть упомянутых выше особ были бы диаметрально противоположными, если бы, скажем, армянского гражданина незаконно упекли в тюрьму где-нибудь в Белоруссии, а в российском Ростове вандалы осквернили хачкар во дворе армянской церкви?
