Правительство отчитывается о завершённых работах и обещает к концу года выполнить программу «300 школ и 500 детских садов» полностью. Но при внимательном рассмотрении официальных данных возникает вполне закономерный вопрос: что именно означают эти цифры и насколько формальное выполнение строительных показателей совпадает с реальным результатом для детей и их семей?
У этой программы есть и ещё одно измерение. В политическом контексте она особенно удобна для публичной демонстрации результатов: сотни объектов, заметные строительные работы, новые и реконструированные здания — всё это легко представить в конкретных цифрах. Именно поэтому особенно важно посмотреть не только на то, сколько объектов завершено, но и что именно считается результатом.
504 — но не 504 новых здания
По данным, представленным правительством на запрос «Голоса Армении», на 30 июня строительные работы завершены в 172 школах и 332 детских садах — всего в 504 учреждениях из 800. До сентября планируется завершить работы ещё в 66 школах и 69 детских садах, а оставшиеся объекты — до конца года.
НО 504 ОБЪЕКТА — ЭТО НЕ 504 НОВЫХ ЗДАНИЯ. Из 172 завершённых школьных объектов 46 являются новыми школами. Среди 332 детских садов новых объектов — 64. Остальные учреждения прошли капитальный ремонт, реконструкцию или другие виды строительно-ремонтных работ.
И это важное уточнение. Оно не уменьшает масштаб проделанной работы, но позволяет точнее понять, что именно скрывается за цифрами «300 школ и 500 детских садов». Когда речь идёт о публичной отчётности, одна и та же цифра может выглядеть совершенно по-разному в зависимости от того, что за ней стоит.
Где идёт программа
По количеству завершённых объектов лидируют Ширак — 79, Ереван — 77 и Армавир — 68. В Вайоц Дзоре завершены работы в 15 учреждениях. Однако и эти цифры требуют осторожности: структура работ в разных регионах неодинакова. В частности, в Ереване среди завершённых школьных объектов заметна доля нового строительства, тогда как в детских садах преобладает капитальный ремонт. Поэтому простое сравнение марзов по количеству объектов также не даёт полной картины: за одинаковой единицей статистики могут стоять совершенно разные по масштабу и содержанию проекты.
В конечном счёте важно не только то, сколько объектов числятся завершёнными, но и что изменилось для тех, кто должен пользоваться ими.
До конца года осталось 296 объектов
Пока завершено 504 учреждения из 800, предусмотренных программой. То есть до полного выполнения заявленного объёма остаётся 296 объектов. Правительство рассчитывает завершить ещё часть работ до начала нового учебного года, а остальные — до конца 2026 года.
На уровне строительной статистики картина выглядит достаточно определённо: есть количество запланированных объектов, количество завершённых и сроки окончания оставшихся работ. Но именно здесь начинается другая часть истории — та, которую одними строительными отчётами измерить значительно сложнее.
Главная проблема — дети
В ответе правительства подробно говорится о том, как организуется образовательный процесс для школьников во время проведения строительных работ. При этом сформулирован принципиально важный вывод: ни один учащийся не остался вне общего образования.
ДЛЯ ШКОЛЫ ЭТО ОЗНАЧАЕТ, ЧТО РЕБЁНОК ДОЛЖЕН ПРОДОЛЖАТЬ ПОЛУЧАТЬ ОБРАЗОВАНИЕ, даже если здание временно закрыто на ремонт. Но когда речь заходит о дошкольном образовании, формулировка оказывается значительно осторожнее. Говорится о «максимально возможном включении» детей в ближайшие детские сады. И здесь возникает главный вопрос: что означает «максимально возможное» в конкретных цифрах? Сколько детей получили места в других детских садах? Сколько заявлений было удовлетворено? Сколько детей не получили места? Сколько семей вынуждены ждать окончания ремонта? И, наконец, сколько детей на этот период фактически перестают посещать детский сад?
В представленном редакции ответе этих цифр нет. Получается своеобразный разрыв: по школам государство формулирует результат как гарантию того, что ребёнок не останется вне общего образования, а по детским садам речь идёт о максимально возможном размещении. Но без количественных данных невозможно понять, насколько эта возможность оказалась реальной для всех нуждающихся семей.
Отчётность есть, но ответов не хватает
Именно эти вопросы редакция первоначально пыталась выяснить после обращений родителей. Вопрос был адресован мэрии Еревана: что происходит с детьми, чьи детские сады закрываются на ремонт, получают ли они места в других учреждениях и сколько детей лишаются возможности посещать детский сад на период проведения работ. По существу поставленных вопросов получить необходимую статистику не удалось, и редакции было рекомендовано обратиться в правительство.
Ответ правительства мы получили из Министерства образования, науки, культуры и спорта за подписью замминистра Аракси Свазян, он содержит значительный объём информации о ходе программы — о количестве объектов, видах работ и сроках их завершения. Но запрошенных данных о детях, которым не удалось получить место в другом детском саду на период ремонта, в нём также нет.
И это, пожалуй, один из главных вопросов, который остаётся после знакомства с официальной отчётностью, поскольку эффективность социальной программы невозможно оценивать исключительно по количеству зданий. Можно точно знать, сколько школ отремонтировано и сколько детских садов построено. Но этого недостаточно, чтобы ответить на более важный вопрос: что произошло с ребёнком, пока его привычное учреждение было закрыто?
Объекты можно посчитать. Месяцы ремонта детских садов — сложнее
В этом и заключается главное противоречие большой строительной программы. Для государства объект удобен как единица измерения: школа построена, детский сад отремонтирован, работы завершены. Для семьи единица измерения совсем другая. Это место в группе и возможность привести ребёнка в детский сад утром и забрать вечером. Это возможность родителю выйти на работу, а не оставаться дома с ребёнком на неопределённый срок.
ИМЕННО ПОЭТОМУ ФОРМАЛЬНЫЕ ПОКАЗАТЕЛИ ПРОГРАММЫ И ЕЁ СОЦИАЛЬНЫЙ РЕЗУЛЬТАТ — НЕ ОДНО И ТО ЖЕ. Чем масштабнее программа и чем активнее власть предъявляет её как доказательство эффективности своей работы, тем важнее становится прозрачность критериев её выполнения.
Правительство считает объекты. Родители считают месяцы, в течение которых их ребёнок не может попасть в детский сад. И эти две системы измерения должны когда-нибудь совпасть.
Что будет дальше?
На этом история не заканчивается. В редакцию поступила информация ещё об одном конкретном случае, когда ребёнок после закрытия детского сада на ремонт несколько месяцев не может получить место в другом учреждении. Пока мы сознательно не раскрываем имя ребёнка, город и другие данные, позволяющие идентифицировать семью, поскольку вопрос ещё находится в процессе решения. Мы будем следить за развитием ситуации. Если к началу нового учебного года проблема не будет решена и ребёнку вновь не будет предоставлено место в другом детском саду, редакция вернётся к этой истории уже предметно — с документами и всеми обстоятельствами конкретного случая.
Потому что в конечном счёте эффективность программы измеряется не только количеством построенных и отремонтированных зданий. Она измеряется тем, есть ли у ребёнка место в детском саду, а у его родителей — возможность работать.
