Представленная правительством Армении программа на 2026-2031 годы наглядно демонстрирует, к каким последствиям приводит последовательный демонтаж традиционной системы национальной безопасности. Документ фиксирует не просто формальный геополитический разворот Еревана от России и институтов ОДКБ и ЕАЭС, но и фактическую сдачу стратегических позиций страны под предлогом институционализации мира.
ВНЕШНЕПОЛИТИЧЕСКИЙ БЛОК ПРОГРАММЫ, НАПОЛНЕННЫЙ ДЕКЛАРАЦИЯМИ О СТРАТЕГИЧЕСКОМ ПАРТНЕРСТВЕ С ЗАПАДОМ и дипломатической нормализации с Турцией, на практике выглядит как план полной адаптации Армении к требованиям Азербайджана. Ускоряющийся отход от союза с Москвой и ослабление гарантий безопасности, включая статус 102-й военной базы, лишь подталкивают Баку и Анкару к окончательной ликвидации любых потенциальных угроз, исходивших от армянского государства.
В этих условиях ключевой вопрос заключается в том, чьим именно интересам отвечает такой документ, и в чьей столице он был концептуализирован.
Главным практическим воплощением этой логики становится готовность армянских властей передать под контроль Азербайджана так называемые анклавы, среди которых особое место занимает Тигранашен. Заявления Никола Пашиняна о том, что «Кярки» (армянский Тигранашен), Бархударлу и Юхары Аскипара не входят в территорию Армении площадью 29 743 квадратных километра, подводят теоретическую базу под уступку территорий, имеющих критическое значение для выживания государства.
Попытки успокоить общество ссылками на Алма-Атинскую декларацию 1991 года и формальный обмен на анклав Арцвашен игнорируют базовую географическую и военную реальность. Арцвашен, отделенный от Армении 15 километрами азербайджанской территории, в нынешних условиях станет лишь изолированным военным островом, снабжение и освоение которого сопряжено с колоссальными рискованными затратами.
Цена, которую Армения заплатит за сдачу Тигранашена и Воскепара, оказывается фатальной для ее суверенитета. Через Тигранашен пролегает важнейшая межгосударственная магистраль, связывающая центральные районы страны с Сюником и Ираном. Потеря этого узла оставляет Еревану единственный уязвимый маршрут через Веди, передавая Баку идеальный плацдарм для давления на столицу и постоянную угрозу отрезать Сюникский регион.
АНАЛОГИЧНАЯ СИТУАЦИЯ СКЛАДЫВАЕТСЯ НА СЕВЕРНОМ НАПРАВЛЕНИИ: уступка территорий в Тавуше передает под прямой прицел азербайджанской артиллерии магистральную дорогу в Грузию и газопровод из Грузии проходящий по линии Красный Мост–Севкар–Берд. Потеря контроля над этими узлами отдает ключевую транспортную и энергетическую инфраструктуру Армении под внешний контроль, создавая постоянную угрозу тотальной логистической и энергетической блокады.
Пашинян помогает Ильхаму Алиеву создать условия для блокады Армении по примеру блокады Лачинского коридора.
Новая программа кабмина предлагает заменить реальные рычаги сдерживания и оборонительные рубежи иллюзией правовых актов, дипломатическими КПП и размытыми гарантиями безопасности от внешних игроков. Сокращение функций вооруженных сил до работы исключительно внутри границ и ставка на пограничников при сдаче господствующих высот обезоруживают армянское государство перед лицом сильного соседа.
Лишение страны ключевых логистических артерий под аккомпанемент разговоров о диверсификации и мире превращает Армению в жизнеспособное лишь в узких границах образование, полностью зависящее от доброй воли Баку и Анкары.
В связи со сказанным возникает закономерный, легитимный вопрос: насколько самостоятельным был Ереван при составлении документа, где сдача ключевых стратегических высот выдается за главную миротворческую победу?
Бениамин МАТЕВОСЯН, политолог
Alpha news
